Черный беркут стр. 237
войск специального назначения проживает в городе. Хотя тут сплошные «но». Они и сейчас могут проходить службу, а может, это гастролеры...
— Зацепки есть? — Николай постарался казаться безучастным.
— Так, по мелочам... — Аксенов ответил на телефонный звонок и неожиданно обратился к брату: — Слушай, Коля, ты же профессионал, спецназовец!
Кавлис рассмеялся:
— Никак меня подозреваешь?
— Да я не о том. Ты заложников освобождал?
— Это моя профессия.
Следователь подобрался и в упор посмотрел на брата:
— Может, поможешь? ОМОН сейчас толпится возле дома с заложниками, пока на решительные действия не идут: ведут переговоры с этим психом.
Николай на секунду-другую задумался.
— Он выдвинул требования? — спросил он.
— Только одно: просит, чтобы ему привели сына. Кричит, что убьет всех, периодически показывается в окне с ребенком. Больше ничего. Вскоре может попросить вертолет.
Кавлис пропустил шутку мимо ушей и снова задумался.
— Какой у него пистолет?
Аксенов сделал неопределенный жест руками.
— Какой-то «ДОГ», по-моему, «один» — я в оружии не очень хорошо разбираюсь. Знаю только, что он разработан для охранных структур. Знаешь такое оружие?
Брат кивнул:
— Я знаю все виды оружия. «ДОГ-1» — специальный пятизарядный гладкоствольный револьвер с тремя нарезами в дульной части для стабилизации пули. Калибр крупный, как у охотничьего ружья, — 12,5 миллиметра.
— Ого! — воскликнул Аксенов. — Немудрено, что Спорышев с одного выстрела уложил своего соседа. Так поможешь? Я созвонюсь сейчас с ответственным за операцию по освобождению.
— Времени у нас мало, но посмотреть обязан.
— Точно? — Аксенов уже снимал трубку. — Я с тобой.
32Дом номер 36 по улице Суворова был оцеплен нарядами милиции. С торца дома, привлекая всеобщее внимание, стояла бригада ОМОНа; несколько бойцов разместились под окнами квартиры, где были взяты заложники.
Показав милиционеру в оцеплении удостоверение советника юстиции, Аксенов кивнул на Николая:
— Он со мной.
Они прошли к многочисленной группе людей, среди которых следователь без труда узнал начальника УФСБ по Новоградской области подполковника Куренкова, приземистого, с лохматыми бровями, чем-то
похожего на молодого Брежнева.
— Приветствую, Евгений Петрович. — Аксенов пожал подполковнику руку. — Познакомься с моим братом.
Куренков недовольно кивнул Кавлису, буркнув, не скрывая раздражения:
— Не очень удачное время для знакомства. — Он указал глазами на раскрытое окно третьего этажа.
— Как раз наоборот, Евгений Петрович, — возразил следователь. — Николай — заместитель командира бригады особого назначения, человек опытный.
— Ну и что? — Куренков пренебрежительно посмотрел на майора. — Справимся своими силами, без советчиков.
— Раз уж разговор зашел, может, спросишь, в каких войсках он служит? — Аксенов не сдержался и выпалил: — Департамент "А", между прочим. Управление по борьбе с терроризмом.
После секундного раздумья подполковник протянул руку:
— Ваши документы.
Принимая от Кавлиса удостоверение, Куренков, нарочито затягивая процедуру ознакомления с документом, отдал какие-то несущественные распоряжения и только после этого раскрыл красные корочки. Возвращая их хозяину, он немного смягчился:
— Извините, майор, за резкий тон. Сами понимаете...
Кавлис понимающе улыбнулся.
— Вот мерзавец! — Куренков уставился на окно третьего этажа. Там появилась фигура мужчины, держащего впереди себя плачущую девочку лет шести. В руке убийцы был пистолет.
— Я всех перестреляю!! — раздался его срывающийся на визг голос. — Приведите сюда моего сына!
Куренков отошел от братьев и жестом попросил мегафон.
— Валентин Михайлович! — прозвучал его голос, усиленный динамиком. — Пожалуйста, успокойтесь. За вашим сыном уже послали людей.
— Почему так долго ходят?!