Черный нарцисс стр. 62
в монахи. Какие у него могли быть грехи? Или все же измена Кати так на него повлияла?
Всюду ребусы, головоломки, загадки.
Совсем как в ее детективных романах, черт побери!
Тех самых романах, один из которых незримый убийца пытается воплотить в жизнь…
– Тебе известно, что произошло уже три убийства? – спросила Виктория.
Черный монах кивнул:
– Нам звонил следователь, как его…
– Антон Помогай?
– Да. Просил разрешения встретиться со мной. Мы договорились на вечер.
– Тебе есть что ему рассказать? – напрямик спросила Виктория.
– Почему ты так думаешь?
– Послушай, – взмолилась Виктория, – трех человек убили, и этот мерзавец… кто бы он ни был… он следует схеме убийств из моей книги. И если ты что-то знаешь… – Она вздохнула. – Я дорого дала бы, чтобы его найти, – наконец проговорила она беспомощно.
– Все в руках Божьих, – примирительно сказал Дима. – Я уверен, его найдут.
– Тебе что-то известно? – не отступала она.
– Расскажи мне о Кате, – попросил он, словно не слышал ее вопроса. – Какая она была? Я имею в виду, на том вечере? Я очень жалел потом, что не поехал, не встретился с ней… – Он умолк.
По правде говоря, Виктория невысоко ставила покойную Катю Корчагину, но всякий, кто услышал бы, как она описывает сейчас ее своему собеседнику, остался бы в уверенности, что Катя и Виктория являлись лучшими подругами. Послушать писательницу, так Катя на вечере была красивее всех, ярче всех, лучше всех…
– Она была очень хорошая, – вздохнул Дима, когда Виктория закончила. – Очень…
Его глаза затуманились. «Знает ли он, из-за чего она погибла? – гадала Виктория, косясь на него. – Почему он приехал сюда – только чтобы поговорить о Кате, или у него есть серьезные подозрения, о которых он по каким-то причинам не хочет мне говорить?»
– Ты бы хотел отомстить за нее? – не удержалась она.
И опять эта грустная улыбка, которой она никогда раньше не замечала у Димы Шульгина и которая появилась, очевидно, у него, когда он стал
монахом.
– Ты спрашиваешь об этом меня, Виктория? Даже если бы я не был христианином… Разве это ее вернет?
– Не вернет, но если ты знаешь, кто Катю зарезал, это поможет предотвратить другие убийства.
Она говорила и думала: «Боже мой! Я уже разговариваю, как сыщики из моих романов…»
Возможно, Дима не читал детективных романов, во всяком случае, его тронуло ее волнение.
– Как я могу что-то знать, если я много лет ее не видел? Ни ее, ни Гену… И уж тем более мужа Кати. – Последнюю фразу он произнес чуть тише, чем остальные.
– Не знаю, – пробормотала Виктория, сконфуженная. – Может быть, Катя звонила тебе… просила о помощи…
– Нет.
И уже по его твердому тону она поняла, что расспрашивать бесполезно. Либо он действительно ничего не знает, либо решил ей не говорить.
– Ты видела следователя, который ведет дело? Как он тебе?
– По-моему, он хороший, – честно сказала Виктория. – Молодой. Но старается.
Дима кивнул, словно ожидал именно этих слов.
– Что ж, будем надеяться… Будем надеяться, что он найдет того, кто… кто это сделал.
Она поняла, что он не хочет говорить, кто убил Катю. И тут ее ожгла другая мысль.
– Дима… Прости меня, если я не права, но… Уж не задумал ли ты покончить с собой? С чего вдруг все