Чужая женщина стр. 136
что, теперь не имеет значения то, что она мстила мне? Я-то ей все простила, но она-то – ни в чем не раскаялась, похоже… Она так и не поняла ничего! Ведь все эти испытания нам даются не просто так, наверное. Для того, чтобы мы все чего-то поняли…»
Лара посмотрела на часы и ахнула – начало пятого.
Ванечка!
Еще никогда она не забирала его так поздно!
Моментально забыв обо всем, Лара выскочила из дома, застегивая на ходу пальто.
…Ваня вместе с другими детьми лепил снеговика – под руководством воспитательницы. Раскраснелся, хохотал.
Не плакал из-за того, что за ним пришли так непривычно поздно.
– Ваня! – вздохнув с облегчением, крикнула Лара.
Тот вздрогнул, обернулся. Увидел ее, замер на мгновение, потом просиял и, топая зимними сапогами, неуклюжий – из-за зимнего же теплого комбинезона, – побежал к Ларе:
– Лара-а!..
С разбега уткнулся ей лицом в живот, обнял.
– Зачем ты кричишь на морозе? Горло застудишь. – Лара поправила на нем шапку, чмокнула в холодную щеку. – Зайчик мой… Зачем же ты орешь-то так, а?
Ваня счастливо захохотал.
– А вторые варежки где? Боже мой, это не варежки, а сосульки! Дай я тебе свои надену… Какой ты, а? Руки-то холодные!
Она, присев на корточки, принялась стаскивать с него варежки, приговаривая и целуя:
– Ты мой мальчик, ты мой зайчик… Зайчик, вот ты кто! Заюшка-зайчишка, отчаянный мальчишка…
Они попрощались с воспитательницей, Ваня помахал приятелям, и Лара с приемным сыном пошли домой.
– Лара, Саша не пришел еще?
– Нет, мой милый, Саша будет к семи.
– Лара, а Саша обещал, что отвезет нас на следующей неделе в кино! Это правда?
– Да-а?.. Ну, раз обещал, значит, правда. Что ж он врать-то будет…
– Лара, а кто сильнее – Человек-паук или Бэтмен?..
Болтая, они шли к дому.
И только подходя к подъезду, Лара вспомнила о том, что сегодня было. И особенно отчетливо вспомнила собственные же слова, сказанные о Викторе Наталье: надо было любить его таким, какой он есть, или не любить его вовсе.
Любить человека таким, какой он есть…
* * *– Ляль, ты меня достала. Целый вечер ко мне с этой ерундой… Мусолим одно и то же, из пустого в порожнее…
– Мама, ну ты можешь мне, в конце концов, рассказать всю правду!
– Не ори. Какую еще правду?
– Она виновата или нет?
– Конечно, виновата! Спала с женатым…
– Мама! Я тебя совсем про другое спрашиваю… Папа из-за нее разбился?
– А из-за кого? Из-за нее, конечно!
– Ты точно знаешь? Он тебе говорил о том, что больше жить не хочет?
– Сил моих больше нет…
А я помню?! Столько лет прошло… Он мне позвонил, сказал, что бросил профурсетку эту, Ларку. Спросил: «Довольна?» – и трубку бросил. А потом мне среди ночи сообщают: «Ваш муж разбился». О чем мне еще думать?
– Но если он не специально разбился, если это все произошло случайно?..
– Да! Как же! Папке твоему от ворот поворот дали, и он напился с горя… Все одно она виновата!
– Но он садился и раньше за руль пьяным? Да?
– А я помню! Я ей, профурсетке этой, на следующий день позвонила, хотела в глаза ее бесстыжие посмотреть, к себе звала… Она обещала, адрес записала даже, а сама