Чужой среди чужих стр. 85
идти вперед. Живучая, зар-раза… Но хоть каменных торнадо больше не последовало – видимо, не до того было зверюге.
Сварог не отпускал кнопку шаура, палец уже онемел, он поливал бестию серебром, как из шланга, плавно водя шаур справа налево, слева направо. Борн выпускал стрелу за стрелой – и когда только успевал самострел перезарядить? Боцман Блай израсходовал весь свой запас метательных звездочек и в азарте принялся швыряться в бестию камнями.
Справа дробно грянула пулеметная очередь – в бой вступил капитан Зо. Пули с визгом рикошетили от каменных склонов, насквозь прошивали чудовище.
– Патроны береги, капитан! – крикнул Борн. – Это ж нечисть! Серебром справимся!
Очередь оборвалась.
И действительно – справились.
На очередном шаге объятая пламенем бестия пошатнулась, забила крыльями, пытаясь удержать равновесие, не удержала и с шумом завалились набок. Некоторое время лапы еще беспорядочно сучили в воздухе, метался хобот, но спустя несколько мгновений она затихла. И в ту же секунду погас огонь, оставив на камнях лишь кучу дымящегося пепла.
Стрельбу прекратили не сразу – лишь когда убедились, что тварь действительно подохла. Переглянулись.
Тишина обрушилась на них как лавина, ватными тампонами заткнула уши.
– Ф-фу, – выдохнул Блай и утер пот со лба, размазывая грязь. Голос его прозвучал чертовски громко после недавней канонады. – Ну и дела… Все звездочки ухайдокал на эту птичку. А как она камнями швыряется, а?..
Борн витиевато выругался и мрачно добавил:
– И у меня стрелы на исходе. А ведь еще биться…
– Кто это был? – спросил Сварог и закашлялся – в горле было сухо, как с великого бодуна, даже курить не хотелось.
Капитан пожал плечами и принялся старательно запаковывать еще дымящийся пулемет.
– Кто ж ее разберет. Много чего, оказывается, осталось в Ямурлаке с прошлых времен…
Он один оставался невозмутимым.
Вдалеке всхрапывали и позванивали сбруей кони – испуг оставлял их не сразу.
– Возвращаемся, – сказал Зо. – Ну ее к бесам, эту дорогу. Обойдем стороной. Вдруг за поворотом ее дружок прячется.
– Думаете, на нас ловушка? – спросил Блай.
Капитан секунду подумал, потом покачал головой.
– Сомневаюсь. Косточки-то здесь давно лежат… Ну все. Пошумели, побаловались, размялись – и хватит. По коням. Нам уже недалеко.
Ночевали в какой-то заброшенной избушке, относительно целой – только окна выбиты в незапамятные времена да часть черепичной крыши рухнула внутрь.
Поначалу Сварог долго ворочался, сна не было ни в одном глазу.
Вокруг раздавались переливчатый храп и сонное покрехтывание угомонившихся матросов, а он все лежал, глядел в потолок и уснуть не мог. Мозг переполняли картины всех сегодняшних катавасий. Так оттикал в бесконечность час.
Ну не овец же считать, в самом-то деле! Надо подумать о чем-нибудь отвлеченном, глядишь и сморит. И о чем вы желаете подумать, господин граф? Об императрице помечтать? Или о Меони? Или повспоминать оставленную Землю? Не хотите почему-то…
А вот, кстати, господин граф, почему это на Таларе все друг друга называют на «вы»? «Барон, вы не правы», «Граф, вы свинья», «Вы, маркиз, и вы, маркиза, – а не пошли бы вы оба на…»
Вежливый мир, вежливые люди. Даже на хер – и то на «вы» посылают. Хотя явно удобнее на «ты». Неужели не догадываются?
Вот и встает вопрос: откуда они этого понабрались – столь подчеркнутой обходительности в обращении?