Библиотека

Цветочки, ягодки и пр. стр. 444

Размер шрифта
-
+
Тема
сказать, стихийные бедствия: землетрясения, наводнения, лавины, град, моровые поветрия… Товарищ помреж, какое у нас в этой пьесе бедствие?

Помреж . Саранча, Святослав Ярославыч.

Худой актер (грустно). Саранчу мне не сыграть…

Хорошенькая актриса . Ужас какой — саранчу играть!.. У саранчи, во-первых, коленки назад; кто же это захочет себе фигуру портить?!

Режиссер . Ну, начнемте, товарищи. Сегодня попробуем разобрать первый акт. Анна Косьмодемьяновна, пожалуйте!..

Героиня выходит и садится у стула, изображающего окно, на стул, изображающий стул.

Помреж (суфлирует безо всяких знаков препинания). Выстрелы хорошо если наши стреляют а вдруг…

Героиня (суфлеру). Не подавайте мне, я знаю текст… Святослав Ярославыч, я не могу репетировать, когда нету выстрелов… Это меня уводит…

Режиссер . Все потому, что вы не собранны!

Героиня . Нет, я собранна.

Режиссер . А что говорил Станиславский? «Если актриса собранна, она может внутри себя стрелять и даже вздрагивать от этого»!.. Да-с!.. (Помрежу.) Дайте ей выстрелы!

Толстый актер (вполголоса). Где это Станиславский так говорил?

Любовник . Теперь, знаете, кто что хочет, то и придумывает за Станиславского…

Режиссер . Тихо!

Помреж , найдя свободный стул, громко стучит ножками стула о пол.

Героиня (вздрогнув). Выстрелы… Хорошо, если это наши стреляют. А ну как это саранча стреляет?.. Святослав Ярославыч, я не понимаю этого места… Как это саранча может стрелять?

Режиссер . Все потому, что вы не работаете над ролью! Конечно, саранча стрелять не может. Но ведь это говорит кто? — женщина, которая боится за своего возлюбленного. Она, может быть, волнуется. Она, может, дура!..

Героиня . Кто дура?

Режиссер . Вы.

Героиня . Как вы смеете?!

Режиссер . Да не вы лично, а женщина, которую вы играете!..

Героиня . Все равно я заявлю в местком.

Режиссер . Ваше право!.. А теперь давайте репетировать!

Героиня . А ну как это саранча стреляет?.. А он там, мой любимый… Может быть, какая-нибудь отдельная саранча вцепилась ему в щиколотку… Но что это?.. Я слышу шаги… Святослав Ярославыч, я не могу репетировать, когда нет шагов. Это меня уводит.

Режиссер . Все ее уводит! Дайте ей шаги!

Помреж тем же стулом, каким воспроизводил выстрелы, представляет шаги.

Полегче! Ведь это герой-любовник идет, а не саперная рота из бани возвращается.

Героиня . Куздюмов — вы?

Любовник (вступая в репетицию). Я.

Помреж (суфлирует). В изнеможении опускается в кресло.

Героиня и Любовник дружно опускаются на один и тот же стул, стукнувшись боками.

Режиссер . Анна Косьмодемьяновна, неужели трудно запомнить, кто и когда в изнеможении опускается в кресло?! Сейчас как раз он опускается. А вы его приводите в чувство.

Героиня . Что с ним?! Воды! (Произносит нечто вроде кучерского междометия «тпрру», означая этим, что брызнула водой.)

Любовник . Где я?.. Саранча отступила, Калерия!

Героиня . Если бы вы знали, Куздюмов, как вы мне из-за этого стали дороги!.. Но что с вами, Куздюмов?

Любовник . Пустяки, Калерия… Я контужен саранчою. Профессор говорит, что мне нужно сделать переливание крови…

Режиссер . Анна Косьмодемьяновна, тут вы отходите в сторону, чтобы потом в порыве броситься к нему. На сколько шагов вы можете броситься в порыве?

Героиня . Ну… шага на три…

Режиссер . Мелкий у вас порыв!

Героиня . А вы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.