«Дело Фершо» стр. 156
силовое решение, но еще в большей степени — на моральную сторону дела. Он ждал обещания, что тот никогда не поддастся соблазну предать его.
— Я уверен в себе!
Сейчас он именно так и думал. Хотя накануне все было иначе, как иначе все будет завтра.
— Пошли вниз. Вероятно, ваша жена уже беспокоится.
Услышав дребезжащий звонок перед кинотеатром, они миновали длинный промозглый коридор и, даже не взглянув на афишу, заняли два места в ложе и просидели, прижавшись друг к другу, весь сеанс.
Мишель испытывал вялость и опустошенность. Губы его часто кривились в грустной улыбке, которая, хотя он и не отдавал себе в этом отчета, походила на улыбку Фершо.
Перед тем как вернуться в уже наступившей темноте домой, они дошли до вокзала, чтобы купить парижские газеты, а потом посидели в кафе, просматривая их. Рядом с ними местные торговцы с важным видом играли в бильярд.
Подзаголовок на первой полосе гласил:
«Одновременно со своим патроном исчез секретарь Дьедонне Фершо».
Мишель вздрогнул от радости и гордости. Значит, в тот самый момент, когда он дал себе зарок быть верным Фершо до конца, газеты сковали их новыми цепями. Он показал Лине заголовок, и они вместе склонились над расстеленной на столе газетой.
«Одновременно с Дьедонне Фершо исчез молодой человек, не
так давно поступивший к нему секретарем.
Сведения о нем, к сожалению, пока весьма скудные. Он назвался Мишелем Моде, но в отеле Кана, где ночевал, возможно со случайной спутницей, записался под другой фамилией.
Его приметы около двадцати лет, худощав, блондин, одет в поношенный габардиновый плащ.
Он поселился в «Воробьиной стае», а затем в Кане вместе с Фершо, сказав, что приехал из Парижа».
Напуганная Лина стала оглядываться, опасаясь, что все клиенты теперь будут смотреть в их сторону. Ощутив свою внезапную значительность, Мишель, напротив, глядел на всех с вызовом
«Семнадцатичасовой допрос
Кан (По телефону.). Комиссар уголовной полиции, уполномоченный вести дело Фершо, на основании выданного следователем Барду постановления, в течение длительного времени допрашивал человека, чья роль в деле весьма значительна.
Речь идет о некоем Франсуа Мореле, бывшем поверенном в делах, личности довольно подозрительной, которого Дьедонне Фершо сделал своим ближайшим советником.
Они часто встречались как в «Воробьиной стае», так и в доме на улице Канонисс.
Приглашенный для дачи показаний о своих отношениях с «человеком из Убанги, Франсуа Морель наотрез отказался отвечать на допросе, продолжавшемся свыше семнадцати часов и во время которого в конторе дельца был произведен тщательный, но безрезультатный обыск Мэтр Обен, парижский адвокат Дьедонне Фершо, был допрошен также, в частности относительно документов, которые стали известны прессе и оригиналы которых разыскиваются.
Похоже, что предпринимаются огромные усилия, чтобы проникнуть в суть скандала, с каждым днем приобретающего все больший и неприятный размах и затрагивающего все новых консульских сотрудников».
В заметке «В последний час» под наспех придуманным огромным заголовком было напечатано:
«В момент, когда номер подписывается в печать, нам сообщают, что дано распоряжение об аресте Эмиля Фершо, брата Дьедонне Фершо и его компаньона во всех финансовых и коммерческих делах».
Разговаривать в кафе они не решились. Но Мишель не стал словоохотливым и тогда, когда они вышли на улицу.
— Ты думаешь, тебя могут упечь в тюрьму? — настойчиво спрашивала, цепляясь за