Библиотека

«Дело Фершо» стр. 183

Размер шрифта
-
+
Тема

об отце, разорившемся в Монте-Карло (за несколько дней до этого он прочел роман, действие которого протекало на Ривьере), о матери и сестре, ради которых якобы покинул родину, согласившись стать секретарем старого дяди, о котором не имел права ничего сообщить.

Обо всем этом ему не то что говорить, но и вспоминать не хотелось — настолько его роль казалась теперь гнусной и комичной.

Но всю ночь в каюте, освещенной только ночником, когда виски текло рекой, а тела содрогались от яростных любовных желаний, Мишель отнюдь не выглядел смешным, — судя по тому что м-с Лэмпсон тоже смягчилась.

Ведь хотела же она вручить ему маленький шелковый бумажник, от которого он отказался? А после явно мелодраматической сцены — не просила ли прощения за свой поступок?

Разумеется, оба были пьяны. Но все было именно так.

Она должна была его запомнить. Разве не об этом говорило то, что утром в бухте Панамы, когда он уходил из каюты, она прошептала как обещание:

— Я думаю вернуться этим же пароходом.

Значит, из-за него она отказывалась от поездки в Латинскую Америку, о которой говорила вначале.

Она сказала, что будет ждать его писем на промежуточных остановках. Первое он должен был ей отправить самолетом в Гуаякиль. Но это Рене уже не касалось.

Однако у нее был нюх, потому что, вставая, она произнесла:

— Держу пари, что она побывает здесь на обратном пути.

— Она обещала.

Комната Рене была почти голая, как и квартира Фершо. Белые стены, москитник, несколько фотографий вокруг зеркала.

— Подай шлепанцы, пожалуйста. Тебя не шокирует, что я одеваюсь при тебе?

Как раз напротив. Вся эта достаточно паскудная сцена была просто нужна ему, чтобы запачкать прошлое и то, что будет составлять его жизнь еще некоторое время.

Налицо был наилучший способ оторваться от прошлого. Кончился определенный период в его жизни, как закончился период Валансьенна, когда он с друзьями отмечал попойкой свой отъезд в Париж, как закончился парижский период, когда они продали одежду и белье Лины, чтобы купить билеты в Кан.

Останавливали ли его когда-нибудь препятствия? Что он думал, бросая Лину в Дюнкерке? Он не жалел об этом, а ведь любил ее, часто вспоминал с нежностью.

А почему, в сущности, нет? Часть пути они прошли вместе. Но Лина не была создана для того, чтобы последовать за ним дальше. Как и эта славная Рене, которая тоже не останется с ним надолго.

Он бросал их не со злости, напротив — сохраняя взволнованное воспоминание.

Однако было еще одно обстоятельство, о котором ему не хотелось думать. Только что в поезде, представляя себе возвращение в Колон, он не переставал размышлять, как должен себя вести, если Рене вдруг не захочет с ним жить или вдруг окажется в отлучке. Как ни глупо, но следовало предусмотреть запасной вариант, и он вспомнил бретонку из особого квартала, ту, что бросала на него нежные взгляды.

Конечно, он отдавал предпочтение Рене. Осуществлялась его давняя мечта, но как раз в тот момент, когда такая перспектива перестала казаться идеалом, когда он шел на это не от хорошей жизни, а в ожидании лучшего будущего.

Одеваясь, Рене продолжала с ним разговаривать:

— Моя сумочка в шкафу. Там сто долларов в маленьком кармашке.

Он спокойно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.