Дело о золотой мушке стр. 111
моей возлюбленной. Однако, – мысленно добавил он, – ничего этого я не сделаю». Найджел с интересом ждал, что же произойдет в следующее мгновение, стыдясь ребяческих мыслей. Он еще сильнее сжал руку Хелен.
– Это глупо, Уорнер, – мягко сказал сэр Ричард, – потому что, боюсь, вам не удастся отсюда выбраться.
– Придется рискнуть, – отозвался Роберт. – Этот мелодраматический выход под занавес – в дурном вкусе, но тут уж ничего не поделаешь. – Он повернулся к Фену. – Спасибо, что подарили мне этот вечер. Очень мило с вашей стороны. Кто знает, возможно, если все-таки дойдет до судебного процесса, у меня будет время написать продолжение «Метромании», о котором я уже думал. – В голосе его звучала горечь. – Но мне почему-то кажется, что нет. – Он попятился к двери. – С моей стороны было бы непредусмотрительно задерживаться здесь, чтобы объяснить вам причины и дать оправдание моего поведения. Но мне остается сказать – на тот случай, если вдруг мне больше никогда не представится возможность заявить об этом, – что я очень сожалею о содеянном, – не пытаясь спасти собственную шкуру, а лишь потому, что Изольда была всего лишь сбитой с толку дурочкой, да и на Дональда я зла не держу. Давайте запишем для будущих поколений: я признаю, что вел себя как идиот. А мне кажется, – и он распрямился, не с самодовольством, а со взвешенной уверенностью, – что будущие поколения заинтересует все связанное со мной.
Он повернулся к Рэйчел.
– И ты, моя дорогая… Боюсь, нашу свадьбу придется… отложить. Я не смогу сделать тебя честной женщиной. – Он слегка улыбнулся, и голос его потеплел. – А сейчас, – и он отступил еще на один шаг, – я покидаю вас всех. Должен предупредить, что если кто-нибудь – кто угодно – попытается преследовать меня, я буду стрелять без колебаний. – Он обвел взглядом собравшихся и исчез.
Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем кто-то шевельнулся, хотя на самом деле это были всего лишь несколько секунд. Инспектор выхватил пистолет и побежал вниз по лестнице, за ним поспешили Найджел, Фен и сэр Ричард. В фойе никого не было, однако они успели достигнуть зала как раз вовремя, чтобы увидеть, как Роберт карабкается на сцену перед занавесом. Услышав их шаги, он обернулся и поднял пистолет. Внезапно в ушах Найджела раздался оглушительный хлопок. Роберт уронил пистолет, схватился за ногу, скорчился и рухнул, как сломанная кукла. Подбежав к нему, они увидели, что, даже мучаясь от боли, он пытался нашарить свои очки, которые сломались и лежали чуть поодаль. Вид у него был странный и невероятно жалкий.
Но их глазам предстало не только это. Над аркой просцениума что-то зашевелилось, и они увидели, как противопожарный занавес со скоростью гильотины всем своим весом обрушился на то место, где лежал ослепленный и раненый Роберт. Еще подбегая к дверям, ведущим за сцену, Найджел понимал, что уже слишком поздно. Когда он поднимался по каменным ступенькам и кровь гулко шумела в его ушах, он услышал тошнотворный звук удара, казалось сотрясший весь театр. В два прыжка он очутился за пультом и повернул выключатель. Занавес вновь поднялся, а тем временем остальные через оркестровую яму пробрались к бесформенной груде, лежавшей внизу. Он взглянул на ту, что находилась рядом с ним в этом узком отсеке. Но Джин