День карапузов стр. 69
Сам не пойму, почему их до сих пор в металлолом не сдали. Должно быть, до дороги тащить далеко.
– А эти буквы? «Л» «С» – «Ласковые струи». Видите?
Боцман уставился на буквы и задумался. Похоже, до сих пор он воспринимал ворота исключительно как источник металлолома. Он думал, думал, думал, и в нем зрела какая-то великая мысль. Правда, мысль так и не дозрела, потому что опять прозвучали слова:
– Не положено!
И Боцман с грохотом захлопнул калитку в железных воротах. Вместе с калиткой захлопнулась и надежда. Петя и Саша бегали и генерировали идеи. Идей у них было множество.
1. взорвать сторожа;
2. прокрасться мимо сторожа, дождавшись, пока он уснет;
3. связать сторожа;
4. предложить ему три процента клада;
5. сделать все это вместе.
В это время из-за забора неожиданно раздался могучий рык. Это в Боцмане дозрела наконец его великая мысль.
– Которые тут пишущие книгу! Просто для информации! Моя смена заканчивается в шестнадцать ноль-ноль.
– И?
– И следующая моя смена начинается завтра в семь ноль-ноль.
Петя соображал быстрее всех.
– А чья смена с шестнадцати ноль-ноль до семи ноль-ноль? – спросил он.
– С шестнадцать ноль-ноль до семи ноль-ноль объект находится в закрытом неохраняемом режиме. Короче говоря, тут никого нет, – сказал Боцман, голова которого уже просунулась в калитку.
– А мотор остается? – спросил Саша.
Боцман настроженно посмотрел на Сашу.
– Мотор остается. И я тебя запомнил! – предупредил он.
Папа посмотрел на часы. До шестнадцати ноль-ноль оставалось не больше получаса. Как раз время перекусить, не разжигая костра. Это они и сделали. А ровно в четыре калитка лязгнула и снова появился сухопутный боцман. Он вел за руль древний велосипед «Кама», к заднему багажнику которого была прикручена проволочная корзина из супермаркета. Поставив велосипед, Боцман тщательно запер калитку на замок.
– А как же мы пролезем?
– Там через сто метров щель имеется, – сказал Боцман, дергая голым подбородком куда-то влево. – А тут проходить не положено. Здесь пост охраны.
Он сел на «Каму»
и, производя частями велосипеда легкий металлический звон, уехал по тропинке в неведомую даль. Петя же побежал в ту сторону, где, по словам Боцмана, находилась щель. Спустя минуту все услышали его негодующий вопль, после чего возник и сам Петя, только уже с другой стороны ворот.
– Ну что? Есть там щель? – спросил его папа.
– Нет там никакой щели, – ответил Петя.
– Как нет? А как ты перелез?
– А я не перелезал! – ответил Петя таинственно.
Все кинулись в кустарник и обнаружили, что щели действительно нет, потому что весь забор завалился метров на сто, если не больше.
– Невероятно! – воскликнул Покровский. – Мы спорили со сторожем у ворот, хотя рядом имелась такая вот дырища!
Кирпичное строение с урчащим мотором находилось на краю небольшого холма. Ближе к вершине холма никакой растительности не было, кроме пустотелых трубчатых побегов. Высохшие побеги покачивались на ветру и ударялись друг о друга, производя неуловимый и легкий шум.
Покровский бегал со своим миноискателем, издававшим непрерывные звуки. Ему казалось, что под землей находятся сплошные залежи сокровищ. Папа Гаврилов избрал иную тактику. Он бродил между высоких побегов и старался представить, как все выглядело здесь сто лет назад. Водокачки, конечно, не было. Этих труб тоже.
После получасовых поисков он отыскал следы фундамента, похожего сверху на вытянутую букву П.