Детектив с одесского Привоза стр. 698
поставляют «самодеятельные фирмы», расположенные в большинстве случаев в нелегальных подвалах.
Здесь можно купить и «перец душистый молотый», представляющий собой не что иное, как облагороженный пряным заморским ароматом отечественный жмых, и синьку какого-то неземного происхождения, и дамские кофточки, и джинсы, пошитые в примитивных мастерских и украшенные «импортными» этикетками и бирками.
Но сейчас «фирмачи» не интересовали Забару. Сегодня он именинник, и можно считать, что у него отгул на весь вечер и ночь.
Купив все, что наказывала Василию жена, трое участковых инспекторов, благо они были в гражданском и на них никто не обращал внимания, направились к Забаре на праздничный ужин.
4Друзья держали правильный курс.
Но вдруг командор перехода Забара свернул влево — неподалеку находился его родной сталепроволочно-канатный завод. Почему бы и не зайти в такой день в свой канатный цех, не поговорить с товарищами по прежней работе? Почему бы и не помочь им немного? Не забыл же он, как надо управлять канатосвивочной машиной? Нет, не забыл. И сейчас это докажет.
На смене был преемник Забары Захар Куликов. Состоялись короткие переговоры. Нашлась рабочая спецовка, пришло даже начальство цеха — посмотреть, на что способен их выдвиженец теперь, после длительного перерыва в работе.
Немного наклонившись, Василий пошел вдоль свивочной машины — двадцатиметровой металлической сигары, которая вращалась с бешеной скоростью, а внутри ее летали по кругу катушки, мигали струны нескольких стальных тонких канатов, сплетались в толстый.
— Ребята, — обратилась к Филиппу Микитюку и Петру Бондаренко контролер Мария Васильевна Сибиковская. — А вы знаете, что наш Василек до сих пор считается рекордсменом? Рекордсменом завода. Никто у нас не может так быстро обслуживать канатосвивочную машину, как он! Вам не стыдно, что такого непревзойденного мастера к себе забрали?
Потом она стала комментировать все, что делал Василий Забара.
Свивочная машина вращается с постоянной скоростью, тут ничего нельзя ускорить. Пройдет полчаса с лишним, прежде чем будет сплетен канат стандартной длины — тысяча метров. Через каждые двести пятьдесят
метров надо счаливать мягкую сердцевину — сизаль, такой она длины, это тоже стандарт.
Другие канатчики останавливают для этого машину. А Забара научился делать на ходу: сбрасывает несколько витков сизали с новой катушки, хватает оба конца, расплетает и сплетает уже вместе, обрезает остатки. Пока приблизится к направляющему ушку — счалка и готова.
И так трижды на один канат. Результат экономии времени только на этой операции — почти десять минут.
Тысячеметровый канат готов. Машина остановилась. Она на нулевом цикле. Сейчас ее надо заправить: поставить в гнезда шесть катушек с пряжей, связать шесть стальных нитей, завести сизаль в направляющее ушко. И все, можно запускать машину снова в работу.
На все подготовительные операции отводится тридцать две минуты.
И тут начинается то, что на заводе до сих пор называют школой Забары.
Все им учтено, каждое движение отработано до автоматизма, выверено с точностью до миллиметра. Левой рукой он нажимает кнопки дистанционного управления кран-балки, правой — набрасывает трос на пустые катушки. Одна за другой — все шесть — уже на полу. Он не откатывает их в сторону, это можно будет сделать и позже. Сейчас главное — как можно быстрее поставить катушки с пряжей и пустить машину.
В шести заполненных катушках