Дети луны стр. 7
есть). Он, как услышал про покражу, прислал узнать.
Голубые глаза Визе все так же смотрели в ее лицо. «Если он заподозрит, я зарежу его», — отчетливо подумала Адриана. А Визе все смотрел. У него была отличная память, он гордился тем, что знает в лицо большинство своих солдат. И сейчас он просто запоминал клок рыжих волос, свесившийся на нос, ободранные руки (он и это заметил), острые карие глаза.
— Конюх, — пробормотал он, — ну, ступай отсюда… — Повернулся и тяжело зашагал назад. Большинство солдат тоже двинулось с места — посмотреть на казнь.
Адриана осталась стоять. Она еле держалась на ногах. Отдышавшись, она подняла голову и увидела, что край неба посветлел.
Рано утром из лагеря выехал небольшой обоз — трое саней, с десяток всадников и пешая обслуга. Они двигались на запад, навстречу отряду божьего брата Мутана, известного знатока осадных машин. В одной из повозок поместилась Адриана. Все произошло само собой. Еще в лагере, пока она раздумывала, как ей сюда попасть, какой-то стоящий у коновязи мужичонка стал громко жаловаться, что с вечера ушиб руку и она вся болит и распухла. Адриана, используя приобретенные по время осады познания, вывихнутую руку вправила, потом помогла запрячь тощего одра, а дальше уже никто не удивлялся ее присутствию здесь. И вот она ехала в санях, а не топала пешком по снегу, ее даже угостили куском солонины — она и не подумала отказаться, хотя это был дар врага, — еще я буду сухари свои тратить!
Возница, тщедушный, остроплечий, с грязной торчащей бороденкой, и восседавший на ворохе рогож латник вели неторопливую беседу. Адриана примостилась сзади.
— А наш-то — добрый был нынче. И пытать его не велел.
— Не иначе — в зернь выиграл.
— Да ну?
Шуршал мокрый снег. В соседних санях кто-то все время кашлял. Возница поковырял в зубах.
— Узнаю эти места. В начале зимы мы здесь шли. Только тогда прямиком двигались от Брика — вон оттуда, а теперь вкружную пойдем, через Лысую пустошь… видишь, где кусты? Там и начнется. А оврагов там…
— Я, дядя, нездешний, — лениво сказала Адриана, — объясни ты мне, почему мы сейчас напрямую не пойдем?
— Дурень ты, малый! А река?
— Какая река? Гай?
— Да Веда же!
— Так она, верно, и раньше там была.
— А лед? На Гае тоже лед, скажешь? Но там он еще долго стоять будет, а Веда — речушка поменьше, да быстрая, того и гляди, вскроется, время-то подходит! И потонуть недолго. А чем переправу наводить, быстрее обойти…
— И верно, — согласилась Адриана.
— К тому же, — добавил латник, — там, к западу от леса, Вильман, а нам с такими малыми силами рядом с Вильманом показываться не след. В тех краях где-то Аскел объявился. Сюда-то он не придет, но если что… Понял?
— Ага.
Латник начал что-то рассказывать об отце Иакове, теперешнем духовнике Визе, по слухам, отчаянном игроке, в отличие от прежнего — жуткого пропойцы, но мысли Адрианы сосредоточились на одном — как удрать отсюда? Уж одна-то она через реку переберется, только вот как удрать? Просто выскочить из саней и бежать? Выстрелят