Девять дней в июле (сборник) стр. 309
результате ему на голову упала сосулька.
Сейчас ему хотелось, чтобы она продала побрякушки и поставила ему хороший мраморный памятник, а еще лучше – бюст. Чтобы все как у людей, и даже лучше. Но Ляля жадничала, ограничившись небольшой доской, да и на кладбище она не ходила, чего ходить – там нет никого.
Кольца стали Ляле велики уже давно, пальцы утончались, стачивались временем. Стыдно сказать, обручальное соскользнуло и исчезло с тихим бульканьем, когда она мыла унитаз.
– Боюсь даже подумать, какая рыба принесет мне это кольцо обратно, – сказала сама себе Ляля и захихикала.
Да, носить их было уже нельзя. Оставить в наследство Машке? Она продаст, купит страшнейший мотоцикл и немедленно свернет себе шею. А еще хуже – на деньги наложит лапу зять, потратит на что-нибудь скучное, но экологически чистое. Зять давно уже не ел, а питался. Он внимательно читал все, что написано на продуктах, и, если какой-нибудь усилитель вкуса, идентичный натуральному, его не радовал, продукт отправлялся в помойку. Иногда Ляле до дрожи хотелось изобрести машину времени и отправить зятя в блокадный Ленинград.
– А меж тем, – задумчиво пробормотала она, – были б деньги…
Она смутно припомнила соленую морскую воду, суровое лицо капитана какого-то маленького судна, вкус вина и противных рапанов, которых кто-то жарил на листе раскаленного железа.
– …Были б деньги, я бы немножко попутешествовала.
И Ляля придвинула к себе газету бесплатных объявлений.
– Вот, Нохем Самуилович. – Ляля протянула кольцо.
Бледный чернобород бережно взял его и внимательно поднес к носу.
– Зовите меня просто пан Нохем, – любезно сказал он. – Так что побудило вас продать эту драгоценность? Болезнь? Нет, у такой очаровательной женщины не может быть никаких болезней. Долги – тоже нет, их мы победили бы тем же очарованием. Наверное, немного свободы. Да, конечно, купить свободу – что может быть лучше. Выйти из дому далеко и надолго с одной зубной щеткой в кармане, потому что все остальное можно приобрести в любом киоске. Были б деньги.
– А зубную щетку я разве не могу купить в любом киоске? – засмеялась Ляля.
– Ну должно же хоть что-то привязывать вас к дому, – заметил черный Нохем. – А иначе вы просто улетите, как воздушный шарик. И сами не заметите как. Итак, я дам вам достаточно денег за это кольцо.
– Достаточно – это сколько? – забеспокоилась Ляля.
– Вам хватит, поверьте. Вы ни в чем не будете нуждаться.
Сделка состоялась мгновенно, денег действительно было столько, что даже предположить, что когда-нибудь они закончатся, было невозможно.
– На воды едете? – печально сказал чернобородый Нохем. – На водах сейчас хорошо, тихо…
– В июле? Тихо? – Ляля язвительно захлопнула за собой тяжелую дверь ювелира. Наследственного кольца было почему-то совсем не жалко. Теперь на вокзал!
Поезд уходил ночью, на вокзале было светло и страшно. Помахивая неумытыми телами, прохаживались синеватые женщины. Вокруг них роились мужчины сходной цветовой гаммы. Цыганки продавали морских жителей в аптечных пузырьках, затянутых тонкой резиной. Если нажать на резинку, житель опускался на дно, если отпустить – всплывал. Цыганки выдавали этот факт за чудо, но сонные вокзальные дети, которым были известны основы физики, смотрели на жителя скептически.
Ляля удивилась. Это была вещь из детства, так же