Девушка-праздник стр. 53
определившийся номер, он улыбнулся: ну, слава богу!
– Даша.
– Нет, Игорь Николаевич, это Катя.
Он перепугался до холодного пота, мышцы напряглись, как перед боем.
– Что? – жестко спросил Власов.
– Она узнала о погибших, – заторопилась Катя объяснить. – Были шок, истерика, и теперь она не спит, вообще не спит, вторые сутки, от снотворного отказывается. И ей стало намного хуже. Антон Иванович прислал психолога, Даша не стала с ним разговаривать. Лежит и молчит все время. И я не знаю, что делать! – заплакала Катя.
– Я сейчас приеду! – взял ситуацию в свои руки Власов. – А вы, Катюша, постарайтесь не паниковать. Все будет хорошо.
В темной палате горел ночник, терпко и насыщенно пахло медикаментами и цветами, расставленными на подоконниках и тумбочке.
Дашка лежала, прикрытая до подбородка простыней, положив левую ладошку на грудь, словно молила о чем-то Господа, не спала, смотрела в пространство. Власов подошел, придвинул к кровати стул, сел. Она взглянула на него глазами, полными горя, невыплаканных слез страданий, расширенными от боли черными зрачками. Он наклонился поближе, погладил ее по голове.
– Ну что? – спросил он обо всем сразу.
– Я не могу спать, – не жаловалась, а как бы тайну сообщила. – Когда закрываю глаза, вижу, как летит на нас грузовик, я единственная из всех, кто его заметил, понимаешь. Все смотрели на нас с Гришкой, а я почему-то кинула взгляд в окно и увидела этот грузовик. И в голове кто-то время отсчитывает таким жутким автоматическим голосом те последние перед столкновением четыре секунды.
Власов встал, приподнял ее на руки вместе с простыней, передвинул к краю кровати, запахнув на себе наброшенный на плечи белый халат, лег на койку рядом, с ее левого, менее пострадавшего бока, осторожно приподнял Дашину голову и, уложив себе на руку, обнял:
– Расскажи мне. Все, что помнишь про аварию, подробно, и что видишь, – потребовал он.
– Власов, это же страшно! Я спать из-за этого не могу, дышать, так это страшно, а ты говоришь расскажи! – и пожаловалась, и возмутилась Дашка.
– Ничего. – Он поцеловал ее чуть выше виска. – Вот ты расскажешь, и это перестанет быть таким страшным. Обещаю. Я же рядом, тебе ничего теперь не надо бояться. Начни с того, как ты оказалась на заднем сиденье.
Она помолчала, он ждал, взял ее левую, «молящую» ладошку в руку и ждал.
– Меня утащил Гришка… – заговорила Дашка.
Она рассказывала долго, подробно, припомнив массу самых мелких деталей, плакала, пугалась, переживая все заново. И как не могла дышать и уже умирала, но слышала, как он ее зовет, и возвращалась на его голос. Игорь успокаивающе покачивал ее, целовал тихонько, переживая вместе с ней все ее страхи и ужасы тех страшных часов отчаяния.
И холодел сердцем, осознавая, что она чудом выжила! Чудом!!
Дашка все говорила, говорила, и о том, как узнала о гибели ребят, и как растолковала ей про вину Катя. Власов незаметно нажал кнопку вызова медсестры. По заранее оговоренному с Антоном Ивановичем плану медсестра неслышно проскользнула в палату, Дашка заметила ее, только когда та откинула угол простыни, чтобы сделать укол.
– Не надо! – испугалась девушка.
– Не бойся, – легонько прижал ее к себе ободряющим жестом Власов. – Больше никаких кошмаров тебе не приснится. Я обещаю.
– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросила Дашка, но