Девушка с проблемами стр. 53
бояться как-нибудь по-другому, без провокаций? – поинтересовался Иван Федорович.
– Я не знаю! Мне еще никогда так страшно не было! Иван, что с нами будет?!
– Ну, что… сейчас они вернутся и станут меня бить. Тебя бить вряд ли будут, но, возможно, когда приедет этот Постный, – рассуждал спокойненько подвешенный за руки на крюк Иван, – может, изнасилуют, получишь незабываемые воспоминания, реализовав заодно свои склонности к мазохизму!
– Да пошел ты! – возмутилась Сашка.
– Если ты обратила внимание, пойти я не могу.
– Зачем ты меня пугаешь?!
– Потому что возможен и такой расклад.
– Гуров, нас убьют? – простонала Сашка.
– Пока нет, но динамика хорошая. По крайней мере, относительно меня они имеют такие намерения, – «успокоил» Иван.
– Что нам делать?! – заорала Сашка.
Вопрос был нелогичен, делать они ничего не могли по понятным и явным причинам – она сидела, приклеенная скотчем, а он болтался в подвешенном состоянии, причем в самом что ни на есть прямом смысле.
Разбитое лицо Ивана скривилось в усмешке.
– Ничего не делать. Сиди, расслабься, понаблюдай за редко выпадающей женщине приятной картиной избиения мужика!
– Гуров, что ты несешь?!
От неопределенности и страха – животного, тупого, который вполз незаметно, проникая везде, сжирая все, даже звенящую боль в челюсти и голове, – Сашка почувствовала, что ее затягивает паника, непролазная, тягучая, как патока, мерзкая!
– Александра! – жестко, зло позвал Иван. – Прекрати! Нельзя! Соберись! Еще ничего не кончилось!
– Сейчас, сейчас! – она боролась, изгоняя из себя панику и этот животный страх. – Ты прав, нельзя!
– Ты же Романова! – помогал он ей. – У тебя царская фамилия!
– Да… – прохныкала Сашка. – И чем они закончили!
И он расхохотался! Сашка обалдела, забыв и о страхе и о панике, глядя на смеющегося Гурова совершенно потрясенно.
И тут веселье кончилось. Сразу.
– О, любовничек очухался! – входя в комнату, глумливо заметил безымянный пока браток.
– И что за веселье?
Он подошел и встал перед висящим Иваном, руки в карманах, на лице издевательская, надменная усмешка.
– Да так, анекдоты рассказываем, время коротаем, – отозвался Иван.
Без предупреждения, не изменив выражения лица, парень выкинул руку вперед и ударил Ивана в живот с такой силой, что его тело отшвырнуло назад. Как боксерскую грушу. Сашка вскрикнула, Иван, сжав челюсти, перевел дыхание.
– Ну, расскажи теперь и мне. Я тоже посмеюсь! – предложил парень и ударил еще раз.
Сашка не заметила, как двое остальных оказались в комнате, обратив на них внимание, только когда осторожный Скунс попытался урезонить товарища:
– Постный сказал – без него не начинать и не трогать!
– … твоего Постного, из-за этого… Грыма пристрелили! – проорал колотивший Гурова бандит.
Последовала серия ударов в живот, по почкам, в челюсть. Подвешенное тело Ивана моталось из стороны в сторону, остановившееся было кровотечение снова открылось, и алые струйки залили все лицо.
Парень отошел, выпил пивка, принесенного ими с собой, присел на стул, отдохнуть, наверное. К Ивану шагнул Бес.
– Ты кто такой?
Иван молчал, Бес саданул его в живот и в бок, по ребрам, даже не запыхавшись от усилий.
– Ты кто такой, сука?!
– Бес, не надо, подождем! – вмешался Скунс.
Выдворенный было при помощи Ивана из Сашки страх вернулся и накрыл ее с головой, подминая под себя все существо: личность, разум, все, что было Романовой Александрой! Осталось только мелкое дребезжание напуганного до