Дьявол и паж стр. 134
первый танец!
Леони подумала, что, несмотря на багровую физиономию и нелепый парик, принц — очаровательный юноша. Она подала ему руку и лучезарно улыбнулась.
— С удовольствием, месье. Этот бал Монсеньор дал в мою честь! Разве это не восхитительно!
Принц, привыкший к тому, что дебютантки обычно принимают скучающий вид, был пленен искренностью девушки. Грянула музыка, и пары выстроились за Конде и Леони.
— Мы должны идти первыми? — вполголоса спросила она.
— Конечно, мадемуазель! — улыбнулся принц. — На своем балу вы должны быть во главе.
Стоявшая у дверей леди Фанни коснулась руки Руперта.
— С кем танцует наша девочка? По всем правилам, это должен быть по меньшей мере принц крови. Кто же он?
— Юный Конде, — прошипел в ответ Руперт. — Ты не могла быть с ним знакома, Фанни. Ему всего лет двадцать или около того.
— Как это Джастину удалось зазвать его в столь ранний час? — изумилась ее светлость. — Теперь все будет в порядке! Смотри, он смеется! Определенно, наша Леони очаровала его! — Она повернулась к стоявшему позади Эйвону. — Джастин, как тебе удалось так рано заманить Конде? Ты настоящий волшебник!
— Неплохо придумано, не правда ли? — удовлетворенно откликнулся его милость. — Чуть позже я представлю ее де Бриону. Он только что пришел. А что это за юная особа с серебристыми розами на платье?
— Дорогой мой, понятия не имею! Здесь столько новых лиц, совершенно невозможно запомнить, кому они принадлежат! Джастин, Конде очарован! Судя по его восхищению, в зале скоро не останется ни одного человека, который не жаждал бы потанцевать с Леони! О, мадам, вот и вы! — Она поспешила навстречу даме, задрапированной в сиреневые шелка.
— Я, пожалуй, пойду в карточный зал, посмотрю, все ли там в порядке, — пробормотал Руперт и собрался улизнуть.
— В этом нет необходимости, мой мальчик, — усмехнулся его милость, преграждая ему путь. — Хью обо всем позаботился. А ты пригласишь на танец мадемуазель де Воваллон.
— О боже! — простонал Руперт, но покорно направился в угол, где скучала означенная особа.
Когда леди Фанни немного погодя снова взглянула на Леони, то с великим изумлением обнаружила, что та в компании с принцем Конде обосновалась на одном из диванов и увлеченно потягивает глинтвейн. Судя по всему, оба были необычайно довольны. Ее светлость умиленно понаблюдала за этой сценой. Ловко избежав столкновения с группой молодых щеголей, которые явно собирались попросить представить их Леони, Фанни отловила графа де Бриона и повела к глинтвейной парочке. Принц Конде встал и раскланялся.
— Мадемуазель, вы должны будете уделить мне потом еще минутку! — с многозначительной улыбкой сказал он. Леони весело рассмеялась.
— Хорошо, давайте встретимся под большой пальмой, скажем, в десять минут двенадцатого! — У нее блеснули глаза. — Это будет что-то вроде приключения!
— Мадемуазель, я там буду! — расхохотался Конде.
Тут приблизилась леди Фанни.
— Воспитанница моего брата, месье. Граф де Брион, Леони.
Леони аккуратно отложила веер и присела в реверансе. Она нахмурилась, но Фанни безжалостно увела Конде.
— Мадемуазель что-то беспокоит? — спросил де Брион, подавая девушке веер.
Леони повернулась к нему и ослепительно улыбнулась.
— Месье, прошу прощения за мою рассеянность, но я забыла, кто вы!
Де Брион был сражен наповал. Обычно юные дамы совсем по-другому разговаривали с сыном Луи де Лоррена. Но перед синевой этих глаз устоять было невозможно. Да