Дьявол и паж стр. 67
Фанни приблизилась к брату.
— Джастин, как бы я хотела, чтобы ты сказал, что у тебя на уме!
Эйвон взял щепоть табаку и захлопнул табакерку.
— Тебе нужно научиться, Фанни, сдерживать свое любопытство, — поучающе заметил он. — Разве недостаточно того, что я девочке вместо деда? По-моему, вполне достаточно.
— Отчасти это так, но я все равно хочу знать, что ты замыслил!
— Не сомневаюсь, милая Фанни, но ничем помочь не могу, — сочувственно вздохнул его милость.
— Какой ты мерзкий, — надулась ее светлость, но тут же лукаво улыбнулась. — Джастин, что это за новая причуда? Леони говорит о тебе как о строгом воспитателе. "Монсеньор этого не одобрит" или "Как вы считаете, Монсеньор не стал бы возражать?" Это так не похоже на тебя.
— Если бы я не знал жизнь столь хорошо, я определенно был бы куда более снисходительным опекуном, — усмехнулся Эйвон. — К тому же, Фанни… — он пожал плечами и извлек из кармана веер.
Дверь отворилась, и в гостиную, не утруждая себя церемониями, ворвалась Леони.
— Я не смогла отыскать ваш платок, мадам! — начала она, но тут увидела в руках Эйвона веер. Лицо ее неодобрительно вытянулось. Фиалковые глаза укоризненно глянули на герцога.
Эйвон безмятежно улыбнулся.
— Ты к этому привыкнешь, дитя мое.
— Ни за что! — решительно вскричала Леони. — Мне это не понравится никогда.
— Но, — пробормотал его милость, — я приобрел эту вещицу вовсе не для того, чтобы понравиться тебе, дитя мое.
— Pardon, Монсеньор! — покаянно пробормотала Леони и посмотрела на герцога из-под длинных ресниц. На щеках ее дрогнули ямочки.
"Она окрутит его, — умильно подумала леди Фанни. — Она определенно окрутит его".
* * *На следующий день его милость посадил свою юную воспитанницу в карету, где уже находилась миссис Филд. Унылая вежливость дуэньи не нашла у Леони особого отклика. Эйвон мгновенно распознал отношение девушки к этой достойной, но довольно скучной даме. Как только они прибыли к месту назначения, его милость отвел Леони в сторонку.
— Какой чудесный дом, — жизнерадостно воскликнул бывший паж. — Он мне нравится!
— Рад это слышать, — с иронией отозвался его милость.
Леони осмотрела отделанную деревянными панелями залу, внимательно изучила резные кресла, не пропустила ни одной картины, прикоснулась к каждому гобелену и остановила свой взгляд на опоясывающей залу галерее.
— Здесь мрачновато, — вынесла она вердикт. — Кто этот господин? — Девушка приблизилась к рыцарским доспехам, скучавшим в углу.
— Это вовсе не господин, дитя мое. Это доспехи одного из моих предков.
— Vraiment? — Леони тут же утратила интерес к рыцарской оболочке и направилась к лестнице, над которой висел огромный портрет. — Эта глупая женщина тоже принадлежит к вашим доблестным предкам, Монсеньор?
— Это довольно знаменитая особа, моя дорогая.
— До чего ж у нее глупая улыбка, — заметила Леони. — А чем она знаменита?
— В основном своим нескромным поведением. Кстати, твое замечание напомнило мне, что я собирался с тобой поговорить.
— Да, Монсеньор? — Теперь Леони разглядывала щит, висевший над камином. — "J'y serai". Это по-французски.
— Твоя сообразительность иногда ошеломляет. Я хотел бы поговорить с тобой о моей кузине мадам Филд.
Леони оглянулась на его милость через плечо и скорчила гримасу.
— Вы разрешите сказать, что я о ней думаю, Монсеньор?
Она оседлала огромный резной стул. Эйвон смотрел на девушку, поигрывая моноклем.
— Разрешу, но только мне одному.
— Она