Библиотека

Диомед, сын Тидея. Книга первая стр. 124

Размер шрифта
-
+
Тема

Львиную.

Вот он!

– Примешь ли гостя, Андремон Курет?

Дядя Геракл смеется. Дядя Геракл подходит ко мне. Дядя Геракл поднимает тяжелую ладонь.

– А ты храбрец, как я погляжу! Ну что, Андремон, пострижем молодцов?

Ладонь рушится мне на плечо.

Ой!

Падаю.

ЭПОД

Трихонида – это танец такой.

Его очень легко танцевать. Главное – голову вверх, руки в – стороны (и тоже чуть вверх)...

– Косса-косса-косса-хай! Косса-косса-косса-хай!

...И еще сандалии снять надо. Трихониду только босыми танцуют. Пятками – в траву, да посильнее, посильнее!

– Косса-косса-косса-хай!

...А что за «косса» такая, никто и не знает. Даже дядя Андремон. Да и в «коссе» ли дело? Главное –

руки выше, подбородок вверх, и пятками, пятками...

– Косса-косса-косса-хай! Косса-косса-косса-хай!

...Сфенел слева, дядя Геракл – справа (топнет – холм качается). Круг протанцевали – меняемся. Теперь справа Фоас, а слева – Лихас. Пришел-таки!

– Косса! Хай!

Три круга – и к костру. А там уже чаша со злым молоком.

Ждет!

– Отец не хочет, чтобы в Этолию приходили чужие войска. Мы не любим ахейцев. И эпиротов не любим. Мы сами добудем тебе престол.

– Но ведь сейчас мир, Фоас!

– Мы скоро с тобой вырастем, родич Диомед. Вырастем, взрослыми станем, воинами станем. Мы вырастем, а мир состарится!

...И снова – в круг! Голову выше, выше руки. А где-то совсем рядом звенит медь, мечи бьют о щиты, как когда-то на Крите, когда маленький Зевс плакал. Куреты не признают музыки, не держат флейт и лир, они любят только звон меди, боевой меди...

– Косса-косса-косса-хай! Косса-косса-косса-хай!

В лицо смеется Селена, и я вспоминаю Светлую. Увидела бы она меня сейчас! Теперь я уже – не мальчишка.

Я – взрослый!

Злое молоко растекается горячим огнем, в ушах гремит медь, а ночь все не кончается, не кончается....

– У тебя бывают приступы, племянник? Огонь перед глазами? Или вода?

– Вода, дядя Геракл. Вроде как река. Но откуда ты?..

– Знаю. И, к сожалению, слишком хорошо... Я научу тебя, что делать. Болезнь не уйдет, останется с тобой, но ты ее победишь. Это будет трудная битва. Может быть, самая трудная в твоей жизни...

...Все кружится, и мы кружимся, и Луна-Селена, и холм с алтарем, и бородатые белозубые лица. Кружится, кружится, кружится...

– Косса-косса-косса-хай! Косса-косса-косса-хай!

А у Сфенела его репка еще больше стала! Это потому что волосы срезали. И еще у него борода выросла. Молочная.

– А я, Тидид, вот чего сделаю. Я родичам скажу, что не буду на девчонке жениться. Ну ее! Вот Фивы возьмем – тогда и женюсь. Правильно?

– Правильно! Слушай, Капанид, а чего это у тебя с тетей Деянирой было?

– Косса! Хай!

Песнь третья

Эпигония

СТРОФА-I

Есть! Сделал! Эвриала сделал! Теперь – ходу! Голову ниже, руки чуть расслабить... Чуть-чуть!

Ходу!

Позади – Ферсандр и Эвриал, впереди – Эматион, он самый лучший, и кони у него прекрасные, фессалийские, но я его легче, и колесница легче, и я все равно выиграю, выиграю, выиграю, я его сделаю!

Ходу! Поседайон Конегривый, ходу!

Еще два круга, стадион совсем маленький, не стадион – полянка, ось на повороте так и рвется зацепиться за что-нибудь, и пыль, пыль, пыль! А ведь землю поливали всего час назад! Жаркая в этом году осень!

Ходу!

Колесницы летят... Нет, колесницы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.