Диспноэ стр. 106
вопила так, что сбежались все обитатели дома. Ох, как же ее тогда отлупила мать, страшно вспомнить! До сих пор задницу терзала фантомная боль от кожаного ремня. Лиза быстро училась на своих ошибках, поэтому в следующий раз не вопила от страха, а заговорила с неприветливым домовым. Он не любил ее мать и жутко злился из-за того, что та безнаказанно украла жизнь Елены Кёлер. Правда, поделать ничего не мог, кроме мелких пакостей. Мать Лизы – чистокровную демоницу – боялись духи, колдуны и демоны пониже рангом. Боялся и домовой.
Странно, но к Лизе он проникся симпатией…
– Никогда ты мне не нравилась, как и мамаша твоя, – обиженно буркнул домовой, скрестив руки на груди, и демонстративно отвернулся от Лизы.
…Насколько позволял его испорченный веками и непутевыми хозяевами характер.
– Сами же знаете, что я не могла сюда вернуться. Слишком больно вспоминать обо всем, – призналась Лиза.
– А сейчас зачем приперлась? Неужто снова захотелось в подвале посидеть, как псина в будке? – не сдавался домовой.
– Я ищу мать, но понятия не имею, с чего начать. Решила начать с начала.
Елена окинула Лизу печальным взглядом, а домовой громко фыркнул.
– Да ты, видать, совсем головой тронулась, девчонка! Она же мучила тебя, как и дружок ее, а ты искать эту гадину вздумала?! – гневно воскликнул он. Лиза мимолетно улыбнулась. Все-таки сохранил домовой добрые чувства, хоть и выпендривался. – Чего лыбишься, как будто я что-то смешное ляпнул? Не смей искать с ней встреч, дура!
– Похоже, она охотится за мной, так что встреч ищу не я. Мне нужно подготовиться к тому, что однажды мы столкнемся нос к носу.
Домовой с призраком понимающе переглянулись, будто за те годы, что они не виделись, умудрились понять что-то о мире людей, Лизе пока недоступное.
– Это похоже на белобрысую гадину. Удивляет, что она вообще вернула тебя отцу и отказалась от своих чертовых экспериментов, – протянул домовой, почесав лохматую голову.
– Гордий сказал, что она до сих пор считает меня своей собственностью.
«Ты бесполезна, но это не значит, что я должна выбросить тебя на помойку. Гордий обещал вылепить из тебя наследницу, достойную меня. И он вылепит, как бы ты ни противилась», – слова матери как никогда громко и четко прозвучали в ушах. Лизу передернуло от воспоминаний. Она будто вновь стояла перед разъяренной, жестокой фурией, которая так и не смогла добиться полного послушания от глупого ребенка.
– Гордий? Ты видела его? – изумилась Елена.
– Да. Он много бед натворил. Заставил десятки людей убивать друг друга. Его заперли в Проклятом соборе.
– Значит, и она где-то рядом, – печально подтвердила Елена. – Он никогда не отходил от своей хозяйки, словно боялся, что обратно не примет.
– Уверена, они заодно, но до Проклятого собора не дотянуться даже ей. Не выручит она старого любовника, придется искать нового. Если до сих пор не нашла.
– А как же тот второй, за которого она так цеплялась? Хамелеон из «Мертвой воды», – влез домовой.
– Так и гниет в Проклятом соборе, – печально вздохнув, ответила Лиза.
Дядя Алан был единственным из шайки матери, кому она не желала смерти. Веселый, язвительный, но не менее жестокий и хитрый, чем Гордий, ее он ни разу не тронул и пальцем. Напротив, защищал от издевательств и пытался