Диспноэ стр. 301
запястий и щиколоток, ведьма относилась как раз к таким. Лиза тут же поняла, что веревки – очередное творчество бабушки Лиды.
Алан поигрывал ножом в руке и с ухмылкой смотрел на Лизу с Кириллом.
– Нико так и не решился спуститься?
– Визги ведьмы его напугали, – ответила Лиза, не поднимая глаз от пола. Толстые восковые свечи, вставленные в подсвечники на стенах, освещали тень ведьмы, в которую Алан успел вогнать три ножа. Этот нехитрый обряд должен был причинить ей нестерпимую боль. Если ведьма держалась и после этого, значит, вправду скрывала что-то любопытное.
– Ох уж эти изнеженные дворяне. Я-то, дурак, размечтался, что мы подружимся, но он совсем не желает разделять мои увлечения, – беззаботно ответил Алан, не спуская хищного взгляда с ведьмы.
Та смотрела на них с чудовищной ненавистью, но молчала. Молчала, сцепив зубы так крепко, что эмаль уже давно должна была треснуть.
– Не колется? – деловито спросил Воронцов.
Он вдруг преобразился на глазах. Если в холле перед Лизой стоял Кирилл, то в подвале, в ореоле мягкого света и тяжелого запаха ладана, перед ней предстал безжалостный глава Круга. И Лизе, стыдно признаться, нравилась даже эта его ипостась.
«Хватит, дура!»
– Пока нет, но у меня в рукаве припрятаны еще несколько козырей. – Алан расплылся в зловещей улыбке. – Довелось мне лет тридцать назад искать одну ведьму в Чите. Так вот, местные легенды гласят, что ведьм и колдунов нужно накормить собачьим дерьмом, чтобы лишить силы. Тогда я так и не смог проверить – ведьму пришлось убить. Почему бы не провести эксперимент с Машулей?
Лиза скривилась, а Воронцов вопросительно поднял брови. В случае с Аланом никогда не поймешь, шутит он или нет.
– Ах да. У меня нет собаки, зато есть пара бутылок красного вина.
Алан нарочито медленно взял с деревянного столика на тонких ножках серебряный бокал. Судя по тому, что перед этим он надел перчатки, серебро это отнюдь не простое. Заговоренное.
Одно движение, и красное вино из бокала выплеснулось в лицо ведьме. Вино из заговоренного серебряного бокала. Лиза поморщилась. Когда-то она неосторожно прикоснулась к заговоренному серебру, и этот день уж точно не попадет в копилку приятных воспоминаний. Было больно. Очень. Закончилось ожогом.
Визг ведьмы отразился от стен. Ни Кирилл, ни Алан не поменялись в лице. Оба ждали ее признаний.
– Чтоб вы сдохли, суки! – вопила она, пока по некогда прелестному лицу расползались алые волдыри. Вино обожгло нежную кожу.
– Это будет не сегодня, дорогая Машуля. Я все еще жду ответ на свой вопрос.
– Проклинаю тебя-я-я! – выла ведьма, раскачиваясь на стуле, который, к ее сожалению, стоял слишком крепко.
– Ага-ага, становись в очередь. Знаешь, сколько людей уже прокляли меня? Даже та самая Мила, которую вы вместе с Ульяной так бессовестно предали.
– Я никого не предавала-а-а! Я пришла к Ульяне позж…
Ведьма захлопнула рот. Поняла, что сболтнула лишнего.
– Допустим, ты присоединилась к Ульяне позже. Но ты знала, что она промышляет темной магией?
Ведьма потрясла головой и плюнула в Алана. До лица не достала, но ее плевок расплылся по белоснежной футболке.
– Что ж, сама напросилась, – с лучезарной улыбкой сказал он и одним выверенным движением воткнул нож в деревянную половицу, на которую ложилась тень ведьмы. Как раз рядом с