До самой сути стр. 34
слышал. Никакая сила в мире не помешает мне добраться до них. И никто не помешает, ясно? Я сделаю все, что потребуется, — слушай и запомни, — все, что потребуется, чтобы сдержать свое обещание. И какая бы преграда ни возникла передо мной, я… — Он закончил фразу резким взмахом руки. — Вот это я и хотел сказать тебе наедине.
— Но…
— Я не требую от тебя ни разговоров, ни обещаний.
Думаю, что знаю тебя достаточно, а Эмили знает еще лучше.
— Что она тебе сказала?
— Не твое дело.
Доналд говорил, расхаживая по комнате, время от времени пропуская глоточек и попыхивая сигаретой.
— У тебя есть интересы на той стороне?
— Ты хочешь сказать…
— Вот видишь, ты опять финтишь. Я спрашиваю: да или нет?
— Все зависит от того, что ты называешь интересами.
— Ну, деньги, если тебе угодно. Или возможность выплатить их определенному лицу.
От его беспощадно накаленного взгляда нельзя было спрятаться.
— Это непросто, но…
— Отлично. Так ты и сделаешь. Сейчас я объясню тебе ситуацию. Эмили небогата. Она истратила значительную долю своих сбережений на мой побег. Остальное отдала Милдред, но это гроши.
— Милдред без денег?
— Хуже. За комнату не плачено. Два дня она работала подавальщицей в кафе.
— В мексиканском кафе?
— Да. Больше не выдержала, и я понимаю почему.
Помолчи! И не воображай, что я пытаюсь тебя разжалобить. Ты не знаешь Фрэнка. Ему пятнадцать. Он тоже пытался подработать. Насколько я понял, по ту сторону это почти нереально. Мексиканцы бедны. Чтобы прожить, жители Ногалеса должны искать себе место в американской части города.
— Верно. Даже на наших ранчо служат почти сплошь мексиканцы.
— Остановка за одним: чтобы утром и вечером пересекать границу, надо иметь постоянный пропуск, а Милдред не может его выправить — ей пришлось бы назвать свою настоящую фамилию. Полиция сразу насторожилась бы, так что, пока я не перебрался…
— Ясно.
Такое обсуждение технических в известном смысле вопросов — уже разрядка.
— Фрэнк попробовал стать
чистильщиком сапог, но его побили конкуренты — туземные мальчишки. Деньги нужны моей семье самое позднее завтра утром, иначе хозяйка выбросит их на улицу. О чем ты задумался?
— Об этом.
— Это так сложно?
— Ты способен соображать?
— Я совершенно спокоен.
— Тогда брось пить и послушай минутку. Ты появился, когда я меньше всего на свете ждал тебя, и ты потребовал, чтобы я переправил тебя через границу. Ты не спросил, подвергаюсь я риску или нет.
Не подумал даже, что одно твое присутствие может стать для меня форменной катастрофой. Нора того и гляди догадается.
— Понял.
— Ничего ты не понял: если бы понимал, не стал бы напускать на себя угрожающий вид. Что касается границы, я сделаю все от меня зависящее, чтобы помочь тебе перебраться.
— Я переберусь.
— Тем лучше. Денег я тебе тоже дам — и достаточно, чтобы ты продержался, пока не устроишься.
— Благодарю.
Доналд вложил в слово целый заряд иронии.
— Ты требуешь их у меня для своей жены сейчас же, еще до утра. Отвечаю тебе: попробую, но это сложнее, чем ты полагаешь. У Норы есть интересы в Мексике — она совладелица одного ранчо в Соноре, если хочешь знать. Но только совладелица. В дела она не вмешивается. Я не могу позвонить управляющему и поручить ему отвезти деньги