До третьих петухов стр. 6
понимают. Ведь не будет он с тобой жить, с усатой. А то еще возьмет да голову откусит со зла, знаю я этих Горынычей.
Баба-Яга и дочка призадумались.
– Ну-ка,.вылазь,-велела дочь.
Иван-дурак скоро вылез, отряхнулся.
– Хорошо погрелся...
– А чего ты нам советуешь? – спросила Баба-Яга.– С усами-то.
– Чего, чего... Свести надо усы, если хочете семейную жизнь наладить. – Да как свести-то, как?
– Я скажу как, а вы меня опять в печь кинете.
– Не кинем, Ванюшка, – заговорила ласково дочь Бабы-Яги.– Отпустим тебя на все четыре стороны, скажи только, как от усов избавиться.
Тут наш Иван пошел тянуть резину и торговаться, как делают нынешние слесари-сантехники.
– Это не просто,– заговорил он,– это надо состав делать... – Ну и делай!
– Делай, делай... А когда же я к Мудрецу-то попаду? Мне же к третьим петухам надо назад вернуться...
– Давай так.– заволновалась Баба-Яга,– слушай сюда! Давай так: ты сводишь усы, я даю тебе свою метлу, и ты в один миг будешь у Мудреца. Иван призадумался.
– Быстрей! – заторопилась усатая дочь.– А то Горыныч войдет. Тут и Иван заволновался: – Слушайте, он же войдет и...
– Ну?
– Войдет и с ходу сожрет меня.
– Он может.– сказала дочь.– Чего бы такое придумать?
– Я скажу, что ты мой племянник,– нашлась Баба-Яга.– Понял?
– Давайте,– понял Иван.– Теперь так: мой состав-то не сразу действует...
– Как это? – насторожилась дочь.
– Мы его счас наведем и наложим на лицо маску... Так? Я лечу на метле к Мудрецу, ты пока лежишь с маской...
– А обманет? -заподозрила дочь.– Мам?
– Пусть только попробует,– сказала Баба-Яга,– пусть только надует: навернется с поднебесья – мокрое место останется.
– Ну, елки зеленые-то?..– опять заволновался Иван; похоже, он и хотел надуть.– Ну что за народ! В чем дело? Хочешь с усами ходить? Ходи с усами, мне-то что! Им дело говорят, понимаешь,-нет, они начинают тут... Вы меня уважаете, нет?
– При чем тут "уважаете"? Ты
говори толком...
– Нет, не могу,– продолжал Иван тараторить.– Не могу, честное слово! Сердце лопнет. Ну что за народ? Да живи ты с усами, живи! Сколько влезет, столько и живи. Не женщина, а генерал-майор какой-то. Тьфу! А детишки народятся? Потянется сынок или дочка ручонкой: "Мама, а что это у тебя?" А подрастут? Подрастут, их на улице начнут дразнить: "Твоя мамка с усами, твоя мамка с усами!" Легко будет ребенку? Легко будет слушать такие слова? Ни у кого нету мамки с усами, а у него-с усами. Как он должен отвечать? Да никак он не сможет ответить, он зальется слезами и пойдет домой... к усатой мамке...
– Хватит! – закричала дочь Бабы-Яги.– Наводи свой состав. Что тебе надо?
– Пригоршню куриного помета, пригоршню теплого навоза и пригоршню мягкой глины – мы накладываем на лицо такую маску...
– На все лицо? Как же я дышать-то буду?
– Ну что за народ! – опять горько затараторил Иван.– Ну ничего невозможно...
– Ладно! – рявкнула дочь.-Спросить ничего нельзя.
– Нельзя! – тоже рявкнул Иван.– Когда мастер соображает, нельзя ничего спрашивать! Повторяю: навоз, глина, помет. Маска будет с дыркой – будешь дышать. Все.
– Слышали? – сказала Яга стражникам.– Одна нога здесь, другая в сарае! Арш!
Стражники побежали за навозом, глиной и пометом.