Добрые услуги стр. 12
мы подумали, что вы могли бы присутствовать в качестве... вы понимаете меня... скажем, в качестве матери усопшего... Позвольте, я все вам как следует объясню... Матери, которая только что прибыла из Нормандии, узнав о смерти сына, и провожает его до могилы... Нет, нет, не отвечайте пока ничего... Моя жена подумала, что вы, возможно, согласитесь помочь нам из дружбы... со своей стороны, я и мои друзья, мы решили предложить вам десять тысяч... — этого будет довольно, мадам Франсинэ? — десять тысяч франков за вашу помощь... Три тысячи незамедлительно, остальное — после погребения, если...
Я открыла рот только потому, что он сам по
себе у меня открылся, но мсье Розэ не дал мне произнести ни слова. Он был весь красный и говорил быстро-быстро, словно хотел как можно скорее закончить.
— Если вы согласитесь, мадам Франсинэ... на что мы имеем все причины надеяться, ибо уверены в вашем добром расположении и не просим у вас ничего... противозаконного, так сказать... в этом случае через полчаса сюда прибудут моя жена и ее горничная с приличествующей случаю одеждой... на автомобиле, разумеется, чтобы отвезти вас в дом... Разумеется, вам необходимо... как это сказать... привыкнуть к мысли, что вы мать покойного... Моя жена вам предоставит все необходимые сведения, а вы, прибыв в дом, должны, разумеется, произвести определенное впечатление... Вы понимаете... Скорбь, отчаяние... В первую очередь ради клиентов, — добавил он. — В нашем присутствии вы можете просто хранить молчание, этого будет достаточно.
Уж не знаю, откуда у него в руке появилась пачка новеньких банкнот, и пропасть мне на этом месте, если я знаю, каким образом банкноты оказались у меня в кулаке, а мсье Розэ встал и вышел, бормоча что-то себе под нос, и забыл закрыть за собой дверь, как и все, кто выходит из моего дома.
Бог простит мне это, как и многое другое, я знаю. Неладное было дело, но мсье Розэ меня уверил, будто нет тут ничего противозаконного, а я таким образом окажу неоценимую помощь (думаю, он выразился точно такими словами). Неладно было то, что мне предстояло выдать себя за мать того покойного господина, который к тому же был модельер: такие вещи не делаются, нельзя обманывать людей. Но следует подумать о клиентах: если на похоронах не будет матери или хотя бы тети либо сестры, церемония не получится такой торжественной, никто по-настоящему не ощутит скорби от понесенной утраты. Такими именно словами втолковал мне это мсье Розэ, а он человек ученый. Нехорошо, что я взялась за такое, но Богу ведомо, что я едва зарабатываю три тысячи франков в месяц, ломая спину в доме мадам Бошамп и в других домах, а тут мне заплатят десять тысяч всего лишь за то, что я поплачу немного, погорюю о смерти этого господина, который станет моим сыном до тех пор, пока его не зароют в землю.
Дом стоял неподалеку от Сен-Клу, и меня отвезли туда на машине — такие я видела раньше только издалека. Мадам Розэ с горничной одели меня, и я теперь знала, что покойный — мсье Динар, имя его — Октав, он — единственный сын у своей матушки, которая живет в Нормандии и только