Дом без воспоминаний стр. 87
грешках.
Сильвия тоже говорила во сне, вспоминал Джербер. Один из тех милых секретов, только ему известных. Может быть, и жених Лука уже оценил маленькие несовершенства его бывшей жены.
– Наверное, можно попробовать добраться до разума ребенка в то время, когда он спит, – сказал синьор З., прерывая ход его мучительных размышлений.
Именно это Джербер и надеялся услышать.
– То есть ты считаешь, что можно создать контакт?
– Не факт, что это сработает, – тут же предостерег его сомнолог. – Любой внешний стимул, например заданный тобой вопрос, может вернуть мальчика в созданное сказочником подвешенное состояние, в каком Николин пребывает, когда кажется бодрствующим.
– Что же мне делать?
Заккария остановился, устремил взгляд на настольные часы с золотыми стрелками, положил на них руку.
– Ответ – время, – изрек он.
Джербер ждал дальнейших объяснений.
– Видишь эти часы? Я добыл их у одного антиквара много лет назад. Не так-то много заплатил, ведь они никогда не показывают точное время… То и дело останавливаются, потом опять начинают идти.
Джербер вопросительно взглянул на него. Заккария показал на циферблат:
– Они уже несколько минут стоят.
Как только он это сказал, психолог перестал слышать тиканье.
Синьор З. улыбнулся.– Ты не заметил, правда?
– Мой разум автоматически воспринимал звук, эхом отдававшийся в памяти. – Однако Джербер до сих пор не понимал, зачем сомнолог привел ему такой пример.
– Тебе не случалось видеть во сне, что стакан падает, а потом внезапно просыпаться потому, что где-то в доме упал стакан?
– Случалось, – признался он. – Однажды мне приснилось, что Марко плачет в кроватке, а потом он в самом деле заплакал.
– В действительности ты, разумеется, не стал ясновидящим, произошло нечто противоположное: Марко заплакал раньше, чем ты проснулся, но твой спящий разум на долю секунды опередил восприятие, позволив тебе вовремя отреагировать. – Затем он добавил: – В сновидениях не бывает «прежде» и «потом». Во сне времени не существует.
– Время – проекция бодрствующего разума, вроде тиканья твоих часов, – заключил Джербер, начиная понимать, что таится под словами сомнолога. – Во сне можно путешествовать во времени.
– Выбрав нужный стимул, ты мог бы вернуть Николина, пока он спит, на много лет назад и таким образом вывести из гипнотического транса, наложенного сказочником, – подтвердил его догадку Заккария Ашер. – Но тебе понадобится что-то, связанное с прошлым мальчика: например, колыбельная, которую ему пела мама, или что-нибудь в этом роде.
Энтузиазм Джербера угас: он практически ничего не знал о прошлом Нико.
Друг заметил внезапно наступившее разочарование.
– Никто не говорит, что это просто, – ободрил он психолога. – Но это единственный способ.
Гипнотизер задумался. Может быть, решение и найдется, но сейчас он чувствовал, что вступает
на зыбкую почву.
36
Пьетро Джербер никогда не смог бы забыть девочку в зеркале.
Вообще-то, ее звали Амбра. Но воспоминание было слишком мучительным. Только так, вызывая в памяти отражение в зеркале, получалось восстановить то, что случилось ноябрьским вечером много лет назад.
Закончив университет, Пьетро поступил в обучение к синьору Б. Каждый день он приходил в кабинет на мансарде и, укрывшись в зарослях из папье-маше, присутствовал при ритуале, с помощью которого отец погружал своих маленьких пациентов в бездны их собственной психики, куда и сам спускался вместе с ними, чтобы исследовать неведомый мир, скрытый под спудом, словно в романе Жюля Верна. Пьетро