Библиотека

Дорога запустения стр. 182

Размер шрифта
-
+
Тема

горах, а Луи снял офис, занялся юридической практикой и через пару лет добился знаменитого оправдания в деле Мясника Лландридноддских Колодцев.

– После войны городок уже не тот, – всегда приговаривал Раджандра Дас. Они с м-ром Иерихоном так час– то вели эту беседу, что она пережила этап бессмысленно распеваемых мантр и обрела бездну новых смыслов. – Когда все разъехались, он считай что вымер.

Сначала паломники и Святые Дети, потом джентльмены из СМИ. За ними те, кто давал им кров, кормил их и поил: хозяева гостиниц, владельцы хостелов, рестораторы. За ними, словно ее вдруг ветром сдуло, Корпорация «Арес-Вифлеем»; ее и правда сдуло ураганом рухнувших норм прибыли, плюс ожесточенная резня в вышней тропосфере менеджерской иерархии из-за аферы с роботами-двойниками, вскрывавшейся постепенно, как зарытые экскременты. Все рабочие единицы Корпорации, всех ее менеджеров и кураторов секций красной пылью разнесло по лицу планеты. Потом, после Битвы Пророков, пробившей десятимегатонную дырку в магистрали Меридиан – Ад Кромешный, Бедные Дети Непорочной Конструкции. Наконец, Жан-Мишель Гастино, Самый Саркастичный Человек в Мире, лишившийся сарказма на веки вечные, уехал домой, к своим лесам и долинам в зачарованном Хрисе.

– Ну и ради чего это все? – спрашивал Раджандра Дас напоследок. По освященной временем традиции м-р Иерихон воздерживался от ответа, хотя, возможно, знал больше, чем все, кто оставался на Дороге Запустения. – Ни ради чего, – сам себе отвечал Раджандра Дас. – Говорю, все эти молитвы, демонстрации и стачки, все эти битвы, кровавые стычки, дни и ночи страха, к чему они привели? Ни к чему. Вообще ни к чему. Трата времени, энергии, жизни.

Когда Раджандра Дас поносил провал Конкордата в борьбе с «Вифлеем-Арес-Сталью», м-р Иерихон не произносил слов вроде «принципы» и «абсолюты», потому что уже не знал, верит ли он в абсолюты и принципы. Для него падение Компании, а потом и Дороги Запустения почти ничего не значило, пока светило солнышко, поля давали урожай и по временам разверзались хляби небесные. Вера м-ра Иерихона в Дорогу Запустения была эгоистичнее, чем у Раджандры Даса. Ему нравилось думать, что и реалистичнее тоже. Он помнил первый день, когда пошел дождь. С тех пор прошло пятнадцать лет. Время не ждет. В душе м-ра Иерихона бродил иррациональный страх: вдруг Дорога Запустения возьмет и исчезнет, а он не заметит разницы? Люди поумирали, лавки позакрывались, банки перевели деньги обратно в мегаполисы Большой Долины, юристы, парикмахеры, механики, консультанты, врачи уехали в день, когда починили железную дорогу; остались только фермы, и солнечные батареи, и скрипучие ветряные насосы, и пустые-пустые улицы. Поезда теперь ходили хорошо если раз в неделю. Все было так, как в самом начале. Для Дороги Запустения история остановилась, и Дорога Запустения отвечала благодарностью.

Как-то раз, когда они сидели в кожаных креслах и смотрели, как ветер гоняет пыль по улицам, Раджандра Дас сказал:

– Знаете, мне кажется, за меня замуж никто не пошел бы.

М-р Иерихон не понимал, что бы это значило.

– Я всегда думал, что меня могла прибрать к рукам одна из сестер Троицыных, но они этого не сделали. Забавно. Я всегда на них рассчитывал. Ну, теперь-то они бог знает где, а я здесь, без жены, без фермы, с номинальной половиной акций на крыльцо, на котором сижу. Даже машины перестал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.