Библиотека

Дорогой отцов стр. 177

Размер шрифта
-
+
Тема

— Вперед!

И опять поскрипывали уключины. И опять наступало настороженное молчание. Марфа Петровна, не выдержав тягостного молчания, умоляюще прошептала:

— Ваня, а ты не молчи, говори. Все будет легче.

— Не дрожи раньше времени, — с легким раздражением промолвил Иван Егорыч. — Вот когда враг приметит да трахнет, тогда держись, Марфа Петровна.

— Ваня, не накликай беды.

Неожиданно загудел вражеский самолет, и скоро в небе повисла гирлянда ракет. Свет от ракет до того был ярок, что Марфе Петровне казалось, что она насквозь просвечивается. Она опустила голову и утопила свое лицо в узелок с бельем. Анна Павловна, зажмурившись, сидела рядом с Марфой Петровной. В эту минуту ей хотелось вернуться на левый берег и уехать в колхоз к Машеньке. Иван Егорыч, полусклонившись, видел все: и людей, и лодки, и трубы затонувших баркасов. «Все на виду», — думал он. «Выглядывай, целься, стреляй». Послышался противный вой мины.

— Заметили, сволочь, — выругался Иван Егорыч.

— Потише говори, — просила Петровна.

— Теперь, мать, можно и кричать, и орать.

Погасли ракеты, и Волгу залила тьма. Но так было недолго. Река вновь засверкала взрывами.

— Вот как! — сердито произнес Иван Егорыч, как будто хотел позлить врага. — Давай-знай бесись, сволочь. Все равно пойдем своим курсом.

Раздался новый взрыв, вскинувший глыбы воды. Вода окатила Лебедевых. Иван Егорыч сказал:

— Алеша, отливай. Петровна, помогай. А ты, Аннушка,

правь.

Мины то не долетали, то перелетали, но падали близко к лодкам, следовавшим одна за другой. Иван Егорыч шепнул Алеше:

— Ощупай борта.

Алеша с живой готовностью принялся исполнять приказание деда. Не прошло и минуты, как Алеша испуганно прошептал:

— Дедушка, две пробоины. Одна большая, другая — поменьше.

— Аннушка, подай из кормы паклю. А ты, Алеша, ножом ее… Петровна, веселей работай.

— И так стараюсь. Видно, вещий сон подсказал мне ехать с вами. Алеша, у тебя поддается?

— Одну пробоину уже забил, бабушка.

— Ну и хорошо. А с другой и того скорее справишься. Туже, туже заколачивай.

— Есть, бабушка, туже!

Лодки, следуя за флагманом, плыли дальше, шли к своей цели. С какой-то лодки послышался крик о помощи.

— Аннушка, правь направо, — приказал Иван Егорыч. — Алеша, приготовь багорок.

Алешу залихорадило. Теперь, кажется, и для него наступило время настоящих дел. С лодки вновь донесся крик:

— Тонем… То-не-е-ем!..

— Это Петрович, — заволновался Иван Егорыч. — Держись! И-де-е-ем! — шумел он в темноту.

Скрипели уключины, шуршали льдинки у бортов, сверкала Волга от взрывов. На помощь лодочникам пришла советская артиллерия, открыла огонь по вражеским минометам.

— Теперь не пропадем, — обрадовался Иван Егорыч. — Не пропадем!

Когда Иван Егорыч подъехал к терпящим бедствие, он не мог понять, каким образом Петрович стоит в воде и не тонет. Сама лодка почти доверху была залита водой. Иван Егорыч, подчалившись, строго предупредил:

— Петрович, за борт не цепляйся. Можешь и нас потопить. Скинь в воду один-два ящика.

В Волгу один за другим булькнули три ящика с патронами. Лодка малость поднялась. К месту происшествия подошла еще лодка. Иван Егорыч приказал старшему причалиться к борту тонущей лодки и взять раненого.

— Другого возьму я. Где остальные лодки? Эй, на лод-ка-а-ах! — окликал Иван Егорыч.

Он находился в том возбужденном состоянии, в каком забывается все на свете и остается лишь дело, кипение.

— Аннушка, перевяжи раненых, — указывал он, — Алеша, пересядь ко мне. Я возьму раненого под мышки, а ты — помоги.

Раненый застонал…

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.