Библиотека

Дождь идет стр. 42

Размер шрифта
-
+
Тема

на их окно.

— Что с тобой такое сегодня?

— Ничего, тетя.

— Небось какую-нибудь пакость сотворил? А я на это сладким голоском:

— Что вы, тетя…

Она принялась раздеваться при мне; разоблачалась, расхаживая взад и вперед по комнате в нижней юбке, пыхтела и ворчала:

— Твоя матушка могла бы подняться наверх и мне помочь… Но у нее нет и минуты свободной! Все торговля да торговля!..

Она взяла себе в привычку обращаться со мной, как с ровесником, и изливала передо мной все свои претензии.

— Достаточно того, что твой отец разъезжает по ярмаркам!.. Какая выгода твоей матери целый день торчать в лавке?.. Одни лишние расходы на газ, патент, налоги… Я сейчас только говорила об этом твоему отцу. Вам лучше бы жить маленьким домиком, без лавки… Мать занималась бы хозяйством… Отец продолжал бы свое дело с этим старым пьянчугой, который всю дорогу храпел…

Меня возмущало, что тетя так бесцеремонно вмешивается в нашу жизнь. Она уже считала себя тут полноправной хозяйкой. Лавка ее раздражала, но больше всего раздражало то, что матушка не могла быть целый день к ее услугам.

— Надо все устроить по-другому…

Видать, она это всерьез задумала, так как снова вернулась к той же теме за столом. Взглянула на матушку и заключила:

— На тебе лица нет! И сыночек под стать: желтый, как лимон… А все твоя проклятая лавка…

Матушка взглянула на отца. Тот отвернулся.

— Я уверена, вам было бы куда выгоднее…

На другой день я, по обыкновению, сидел на полу возле керосиновой печи, когда тетя, прочитав газету, стала изливать свое негодование:

— Все-таки непостижимо, как это не могут поймать человека, если повсюду расклеены фотографии и у него нет ни гроша в кармане!..

На что я, не без самодовольства, сказал себе: "Осторожно, Жером! Не подавай вида, что знаешь…"

— Может, он утопился, — произнес я вслух.

Она пожала плечами и бросила на меня презрительный взгляд. Но вдруг, будто порыв ветра, покрывающий рябью стоячую воду канала, какая-то мысль наморщила ее лицо. Мысль превратилась в подозрение. Она уставилась сначала на меня, затем на окно Рамбю-ров.

— Вчера полиция опять там все обыскала! — поспешил я ее заверить.

В некоторых отношениях тетя Валери действительно была не старше меня. Например, когда мы с ней препирались. Она препиралась со мной не как взрослая с ребенком, а как ребенок с ребенком. И еще за столом: она не сводила глаз с моей тарелки, желая удостовериться, не положила ли матушка мне лучший кусок, чем ей!

Вот и сейчас… Можно было подумать, что мы затеяли какую-то игру…

— Так, так… — пробормотала она.

И лишь несколько минут спустя спросила:

— А как его звать, этого мальчишку?

— Альбер.

— Ты иногда с ним играешь?

— Нет.

— А чего ж ты мне сказал, что он твой друг?

— Потому что он мой друг! У нее сделалось такое лицо, будто она готова растоптать всех моих зверей и игрушечную мебель.

— Не понимаю, почему ты не ходишь, как все, в школу!

— Потому что повальная скарлатина.

— Скарлатина… скарлатина… — пробурчала она.

И тут игра пошла уже всерьез. Я твердо решил увидеть отца Альбера, но не менее твердо решил помешать тому, чтобы его увидела тетя Валери.

А она поняла, что я что-то от нее скрываю, и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.