Дозор (5 романов) стр. 2619
столик, я подцепил вилкой комок разваливающейся омлетной массы. Придирчиво осмотрел и отправил в рот. На вкус лучше, чем на вид…
И тут запахло кофе. Хорошим настоящим кофе, а никак не растворимыми химикалиями. И огромная чашка восхитительного кофе оказалась передо мной.
– Спасибо, – сказал я, поднимая глаза.
Арина, улыбаясь, забрала у меня тарелку с омлетом и отставила на пустой столик. Сказала:
– Не кушай эту гадость. Это я тебе как ведьма говорю.
И протянула другую тарелку – с яичницей-глазуньей, прожаренной в самую меру, так что желток загустел, но остался жидким, посыпанную мелко нарезанным зеленым лучком и с угадывающимися в толще кусочками обжаренного сала. Перед собой Арина поставила еще один кофе.
– Скушай заячий помет, он ядреный, он проймет? – уточнил я. Поскольку Арина на стихи Филатова отреагировала удивленным поднятием бровей, то вздохнул и сказал: – Ты же уже не ведьма, ты Светлая.
– Ведьма бывшей не бывает, – вздохнула Арина. – Как спал, Высший?
Вначале я отправил в рот поджаренное яйцо и запил его большим глотком кофе. Потом сказал:
– Твоя работа?
– Что именно? – удивилась Арина.
– Мой сон.
– Я не знаю, что тебе снилось. – Она покачала головой и нахмурилась. – Что-то неприятное? Пророческое? Я в твои сны не вмешиваюсь.
– Так, ерунда, – отмахнулся я и в два глотка допил кофе.
– Принести еще? – спросила Арина.
– Слушай, ты не официанткой в Лондоне подрабатываешь?
– Увы, у меня нет рабочей визы, – усмехнулась Арина. – Это исключительно благотворительность. Вид у тебя какой-то мятый.
– Мне снился кошмар, – неохотно признал я. – Ничего особо информативного. Просто выросшая Надька… такая… странная… как все подростки, наверное… Неприятная, скажу честно. И она меня обвиняла. В том, что я что-то сделал с Иными.
Лицо Арины стало серьезным. А произнесенные слова еще больше убедили меня в том, что она относится к этому сну серьезно.
– Ерунда, Антон. Бывают просто сны. Ты можешь рассказать подробнее?
– Нет, – покачал я головой. – Ладно, оставим это. Ты не знаешь, феи – есть?
– Э… – Арина запнулась. – Не знаю. Скорее, конечно, нет, но рядом с Кенсингтонским садом это говорить как-то неприлично.
– Я вчера шел в отель и увидел на поваленном дереве маленького мальчика. Он играл на свирели, а вокруг него роились какие-то светящиеся букашки. Увидел меня, оскалился и убежал.
– Убежал или улетел?
– Вот уж чего не знаю.
– И ты решил, что наткнулся на Питера Пэна?
– Да фиг его знает, что я подумал!
– Инверсия. И проекция.
– Что?
– Инверсионный след. Сколько людей читало сказку про Питера Пэна? Сколько детей смотрело мультик или кино? Какое количество из них представило себе Кенсингтонский сад и Питера? Сколько среди них было явных и потенциальных Иных?
– Мы не можем сотворить людей.
– Любая баба это может, – усмехнулась Арина. – Но в данном случае речь о другом. Образ – а он достаточно визуализирован, проецируется на точку, где и без того огромная концентрация Силы. Начинается возбуждение Силы по слоям Сумрака. Энергия стабилизируется на высоком уровне. Можно посчитать по распределению Больцмана, тут все почти равнозначно термодинамическим уравнениям, даже постоянную Планка можно использовать. Только для Сумрака она называется Кентерберийской Константой.
Я поймал себя на том, что сижу с открытым ртом, в котором держу вилку с нацепленным на нее куском яичницы. Торопливо захлопнул рот, больно укусил при