Друг апрель стр. 108
голове.
— В марте Косой со своими уродцами тоже лазил, — сказал он. — Скинул восемнадцать ящиков. Притащили домой, а там ананасы рубленые.
Чугун рассмеялся.
— Ну, они сначала обрадовались, давай жрать. Целый день жрали, отравились нафиг, ананасы, оказывается, нутро разъедают, ну, если много съесть. Потом на самогон пришлось переделывать. Так что с умом надо. Я вот с умом, я по бульку могу различить, даже не по бульку…
Чугун рассказывал, как он умеет различить даже не по бульку, а по смещению внутри, что в банке — ставрида в масле, свинина тушеная, зеленый горошек, или каша с говядиной. Но даже этот навык часто не требуется, Чугун может определить содержимое по первому прикосновению, по структуре жести, если, конечно, не фальшак…
Аксён поежился. В животе шевельнулся жгучий кулак. Давно его не было, и даже почти забылся, а сейчас вдруг опять…
Гадость.
— …Брателло накормит, — разглагольствовал Чугун, — брателло знает дело…
— Тюльке тушенка не помешает, вообще-то, — заметил дядя Гиляй. — Ему сейчас питание усиленное нужно, кровь нужно восстановить…
Чугун согласно помотал головой и свистнул. Тюлька появился через минуту. Сначала в дверь просунулся облезлый костыль, затем перемотанная нога, затем Тюлька. Он тут же облизался и уставился на тушенку.
— Мой дорогой младший брат, — Чугун сделал приглашающий жест, — заходи, угощайся. Тебе ведь кровь нужно восстанавливать, кушай.
— Много ему не давайте, белковое отравление может случится, — напомнил дядя Гиляй.
Тюлька быстро прихромал к столу, схватил банку, схватил вилку, принялся есть. Чугун наблюдал с ехидцей.
— Пора тебе, Тюлька, поменять родовое имя, — сказал он. — Что ты у нас все Тюлька да Тюлька, детский сад какой-то… Теперь ты у нас будешь Говядо… Говя…
— Чугун, — перебил Аксён, — хватит, пусть поест просто.
— Вот и я говорю, пусть поест… Ешь, Тюлька, ешь. Могу поспорить, больше пяти банок не съешь…
— Да я десять могу…
— Слабо тебе, хромыга…
В сердце опять погорячело. Аксён осторожно потрогал грудь ладонью, кожа была холодной. Душно, слишком много мяса вокруг.
Аксён выбрался на воздух.
Стало легче, он направился к линии, надо же было куда-то идти, не в лес же. На перроне скучала Юрьиха. Поездов в ближайшее время не ожидалось, Юрьиха заявилась то ли со скуки, то ли по инерции, стояла, обвешенная мелкой сушеной рыбой. Обычно она торговала в Монако, но сейчас, видимо, выгнали.
Ларек Крыловой тоже закрыт. Рядом бревно. Толстое, полированное, видимо, Крылова притащила его вместо скамейки. Аксён улегся. Еще один день. Протянуть до темноты. Не возвращаясь домой.
Он попробовал думать о будущем. Чем он займется через неделю или через месяц. Через неделю будет апрель, через месяц май. В
«Светлой Силе» в прошлом году писали про поезд времени. Будто ходит по всем дорогам такой поезд, что-то вроде машины времени. Садишься в него и засыпаешь. Спишь, сколько получится, и просыпаешься на нужной станции. В самом счастливом моменте своей жизни. И живешь там вовсю.
Многие этот поезд видели. Иногда он как сверхскоростная «Стрела», иногда как просто скоростная, с мытыми вагонами «Россия», иногда как обычный пригородный, чумазый и бестолковый. Билетов не надо, пускают так.
Только за один день там, платишь месяцем здесь.
Нет, некоторое время он еще ходил в школу. И учился даже хорошо. И уже почти не дрался, с кем ему