Другой сценарий стр. 157
минут деловитый железнодорожный начальник мне принёс билет.
После экзамена по политэкономии объявился Иво. Отдал мне ключ с номером 276. Улица Кюленсааранкату 5g.
— Не ошибёшься, Колян. Сразу поймешь что тебе сюда — засмеялся Иво.
— Это вообще кто нибудь может выговорить за раз?
— Ты уж постарайся. Лучше ехать на такси. Остановка автобуса далеко. Покажешь ключ охраннику.
В общем, все было готово. Требовалось как то это отметить, и я вспомнил про Питерские сквоты, и их легендарные тусовки. Сквоттинг, или говоря проще — самозахват помещений, это не наше изобретение. Но в восемьдесят третьем году был принят план реконструкции жилья. И в центре расселялись комуналки в старинных особняках. Вот в такую квартиру я и притащил Суркова с девушками. Пароль- а ведь это ты, Мирон, Павла убил. Отзыв — опаньки, фитилёк притуши, чадит!
Галерея «Асса» возникла в огромной коммунальной квартире, где одну комнату имел Тимур Новиков. Семиметровые потолки. Шестнадцать комнат. Почти семидесятиметровая коммунальная кухня. Когда все жильцы съехали, Тимур поменял замки в дверях и устроил подпольный вернисаж. И закипела андеграундная жизнь. Фишка в том, что это все происходило на Шпалерной двадцать четыре. То есть прямо напротив Большого Дома, или Управления КГБ по Ленинграду и области. Сейчас я знаю, а прошлой жизни только предполагал, что это все — с ведома и разрешения. И что тот же Африка, он же Бугаев- ГБшный стукач. Но сейчас публика искренне упивается своей подпольной свободой.
Короче, пока публика смотрела, как какая то тетка, сквозь толпу гонит стаю гусей, снял Вику с комода, и потащил смотреть картины. В соседних комнатах. Кроме вездесущих Митьков тут были ещё художники. Нам страшно понравился Кирилл Челушкин. С которым мы тут же и познакомились и обменялись телефонами, чтоб потом встретится, и может что то купить из его работ. Понимаешь, Викунь, что вопрос подарков можно считать закрытым? Приглашают тебя на ДР, едешь к Кириллу, и выбираешь. И пусть хоть кто нибудь, хоть что то скажет.
Когда мы уходили, Антон Адосинский намыливал девушке лысую голову и правил о ремень опасную бритву. Приходько с Сурковым были не в силах это оставить. А мы с Викуней поехали ко мне домой. И провели волшебные остаток ночи и утро.
А потом она оделась и сказала:
— Я знаю, Коля. Ты не вернёшься. Прощай. И не провожай меня.
И ушла. Пожал плечами. Мало ли кто как встречает утро? И занялся делами. Перед завтрашним отъездом их было много.
Только она не подходила к телефону, и никто не мог ей дозвониться. Ее мама говорила что она уехала в
Ригу.
Я попросил меня не провожать, и на поезд Ленинград — Хельсинки отправился в одиночку.
Глава 56
Поезд № 33/34 Ленинград — Хельсинки уже называется «Репин». Отправляется в одиннадцать десять, с первой платформы Финляндского вокзала. Московский «Афанасий Никитин» идёт через Волхов. Со сменой направления и электровоза на тепловоз и обратно.
Стараниями Фреда я оказался в вагоне СВ. Хотя поезд дневной, проходя с хвоста поезда по платформе, я не заметил сидячих вагонов. Может быть и есть, ближе к локомотиву. А может, для удобства погранслужбы, только купе и СВ. Чтоб, если что, было легче всех винтить по одному.
Моим соседом по купе оказался