Если б не было тебя стр. 133
без дурацких указаний, кого-то лупили за оценки в школе, кого-то просто так, по пьяному делу. У кого-то, как у Катьки, папаша сбежал, а мать по этой причине превратилась в сумасшедшую стерву. Ребята лечились: пили водку, курили, пуская сигарету или косяк по кругу, закусывали тем, что удавалось стащить из дома и ближайших магазинов.
Новые друзья, как умели, заботились о Катьке: брали к себе домой постираться и отогреться, когда родичей не было дома. Так что пару раз в неделю она жила как королева: могла понежиться в душистой ванне, поесть горячего супу. Во время таких визитов Катька не могла удержаться, завидовала своим приятелям – как бы ни мечтали они сбежать из дома, что бы ни говорили о своих родителях, а у них была семья.
К лету в их компании появился Рустам. По подростковым меркам уже старик: школу окончил, в армии отслужил. Двадцать лет мужику, а выглядит и того старше. Сначала приняли новенького в штыки, не хотели до себя допускать. Но потом выяснилось, что Рустам – свой в доску и, главное, незаменимый человек. Он мог спокойно пойти в магазин и купить водки, без проблем и приключений, сколько нужно. Мог притащить из дома старые матрасы, чтобы было на чем сидеть. Хоть и жил с родителями, но они ему ни в чем не перечили, зато исправно снабжали деньгами. Не похож он был на подростка, это правда, но и со взрослыми, которые постоянно торчали на работе и решали тупые проблемы, имел мало общего. У него была своя философия: жизнь одна и надо успеть ею насладиться, второго шанса не будет. «Делай то, чего просит душа, – учил он младших друзей, – потому что в любой миг можно умереть. Человек слишком хрупкое существо».
Катька слушала Рустама как завороженная. А еще она вспоминала, каким было его лицо до армии: когда-то давно они с мамой иногда встречали его во дворе, он стоял и курил у своего подъезда. Правда, тогда его взгляд не был таким суровым. В те времена Рустам был похож на молодого восточного шейха: большие карие глаза с поволокой, обрамленные длинными ресницами, роскошная шевелюра. Втайне он нравился Катьке, тогда еще девятилетней пигалице. Но ему-то было семнадцать! Какие могли быть надежды? Зато теперь все стало иначе. Она чувствовала, что Рустам такой же, как и она: прикрывается страшными рассказами о сражениях и мертвых друзьях, а сам беззащитный и хочет нежности.
Он говорил Катьке добрые слова, старался ласково прикоснуться, передавая кружку с вином или сигарету. Оставался на чердаке до утра и развлекал Катьку разговорами. Ни резкости, ни угрозы в нем не было – он и не думал нападать. От маленькой грустной девочки, любопытные глаза которой помнил с детства, Рустам ждал любви.
– Тебе сколько сейчас, шестнадцать? – Он скрутил сигарету и вытянул на матрасе затекшие ноги.
– Нет, – Катька не захотела ему врать, – тринадцать исполнилось.
– Ладно, – он кивнул, – по восточным меркам невеста. Пойдешь за меня замуж?
У Кати дыхание перехватило. Она и подумать не могла, что Бог когда-нибудь снова вспомнит о ней.
– Я?
– Ты, конечно. – Он усмехнулся.
– Но я… Мы… Где мы будем жить?
– У меня, – Рустам улыбался до ушей. – Ты согласна?
– А твои родители…
– Забудь! Соври, что