Femme fatale выходит замуж стр. 101
люблю тебя так, как еще ни одну…
– Веня! – опять перебила она. – Ты что, не понял? Меня нельзя любить!
– Почему? – удивился он.
– Веня, тебе сколько лет?.. – сбилась она.
– Двадцать семь, а что?
– Я тебя старше на пять… нет, даже на шесть!
– Ну и что?
– В общем, действительно ничего, но… Венечка, милый, я больше ни одного слова про любовь не могу слышать! – в отчаянии закричала она. – Мне… у меня больше нет сил!
– Почему? – огорченно спросил он. – Я тебе противен?
– Венечка, ты очень хороший. Я совершенно напрасно навязалась тебе с этими экскурсиями… Мне не надо было тебя ни о чем просить…
– И хорошо, что попросила! – замотал он головой – так, что очки едва с носа не свалились. – Лучше этих прогулок у меня ничего в жизни не было. Ты очень красивая.
– Венечка, красота – это наказание… – пробормотала она.
Осинин пожал плечами. Он выглядел обиженным и недоумевающим.
Потом произнес:
– Это все ерунда. Я слышал, у вас в Москве там что-то произошло – Пересветов на себя руки наложил, и все такое… Но красота не может быть наказанием.
– Еще как может.
– Да, скажи это вон той тетке… – По выгнутому мосту, переброшенному через канал, переваливаясь, шла очень толстая женщина, с грохотом везя за собой сумку-тележку.
– У каждого свой ад.
– Ладно, хорошо… – упрямо склонил голову Осинин. – Я тебя понял – ты несчастна, и все такое… Но раз тебе терять нечего, то будь со мной. В смысле, будь моей женой! Какая разница, где и с кем пропадать?! По крайней мере, хоть одного человека осчастливишь!
– Тебя?
– Меня!
– Глупый, глупый Венечка! – сердито произнесла Жанна. – Неужели ты думаешь, что тебе станет легче, если я буду всегда рядом с тобой?..
– Еще как станет! – воинственно произнес он. – Я, может, тоже дико несчастен из-за того, что одинок…
– Ты сам с собой разберись сначала! – рассердилась Жанна. – Ты просто с моей помощью свои проблемы хочешь решить!
– Нет, не так, – азартно возразил он. – Это все демагогия, пустые слова…
Они спорили до хрипоты, потом разошлись в разные стороны, кипя от раздражения.
Жанна побрела вдоль канала, прикасаясь пальцами к горячим и пыльным перилам, и думала: «От себя не убежишь. Здесь так же, как в Москве. Все повторяется… Ну что за наваждение!»
Она оказалась у Невы, на широкой набережной. Перед ней открылся вид на Петропавловскую крепость – торжественную и мрачную…
Жанна спустилась вниз, села на ступени возле
самой воды. Волны шлепались о гранит – этот ритмичный звук успокаивал, завораживал. Она ни о чем не думала теперь, просто сидела, обхватив колени, и смотрела на воду.
Потом, совершенно некстати, зазвонил сотовый.
– Алло…
– Жанна, это опять я.
– А, Вася…
– У меня из головы не идет последний разговор, – произнес он озабоченно. – Послушай… во всей этой истории есть что-то странное. Какие-то нестыковки… Или ты мне чего-то недоговариваешь?
– Нет, все логично и просто! – сердито сказала она, продолжая глядеть на воду. – Человек, которого я любила и который любил меня, взял и наложил на себя руки. Прыгнул вниз с двенадцатого