Femme fatale выходит замуж стр. 125
чужой постели, в чужой комнате и в первый момент не могла ничего вспомнить. Повернулась и увидела Василия Ремизова, который спал рядом. Спал с таким безмятежным, счастливым видом, что ей вдруг стало нестерпимо смешно, и события вчерашнего дня нахлынули на нее. И не было в этих воспоминаниях ничего, что могло бы смутить ее или вызвать сожаление; не было ни в словах, ни в действиях, ни в ее мыслях ничего такого, что она теперь хотела бы изменить. Все просто и ясно, все весело и хорошо.
Нет ничего неприятней, чем просыпаться в чужом доме, но, странное дело, подобное обстоятельство ничуть не тяготило Жанну. Она чувствовала себя так, как если бы проснулась у себя, – это бывает редко… Вернее, такого еще не было никогда.
Она все-таки не выдержала и засмеялась… Потерлась щекой о его нос. Ремизов, не открывая глаз, прижал Жанну к себе. Он был теплый и мягкий, он ничем не раздражал. Не вызывал отторжения запах его кожи, не возмущала поросль светлой шерсти на его груди. Нравились прикосновения его ладоней. И прикасался-то он именно так и именно там, где она хотела. То есть она и сама не знала – где и как, просто его действия шли впереди ее желаний.
– Какой сегодня день? – пробормотал Ремизов.
– Суббота. Потому что вчера была пятница.
– Логично… – Он обнял ее сильнее, уткнулся лицом в ее волосы, едва слышно застонал, что должно было означать – «мне было хорошо вчера, и я рад повторить все снова, потому что ты лучше всех». Она слегка укусила его в плечо. Они барахтались в теплой постели, и их прикосновения заменяли слова.
Например, он ей сообщил, что она очень красивая. Она ответила, что не верит его словам, что он говорит так под влиянием момента. Ремизов тогда стал доказывать, причем настолько убедительно, что у Жанны больше не осталось и тени сомнения…
Потом они просто лежали,
обнявшись. И Жанна, в кольце его сомкнутых рук, наконец поняла: когда она с ним, то она – дома. Ощущение покоя и безмятежности вызвало именно эту мысль. Об этом можно было догадаться давным-давно, в самый первый раз. Но в то время она сходила с ума по Юре и не могла анализировать происходящее…
Если бы она осталась тогда с Ремизовым (а ведь он просил ее остаться, не хотел отпускать!), то ничего бы не случилось. Скольких ошибок можно было избежать! Свадьба Нины и Юры состоялась бы, их ребенок появился бы на свет, и самое-то главное – Юра был бы жив! Глазам стало горячо.
– Ты плачешь? – удивленно спросил Ремизов. Осторожно смахнул слезы с ее щек, принялся целовать глаза. – Что за маленькая девочка взялась тут реветь…
Он ни о чем ее не спрашивал – наверное, знал, из-за чего она плачет. Он просто утешал ее. Он жалел ее – бескорыстно и нежно, и это была та самая жалость, которой Жанне не хватало всю жизнь, которую она искала и не могла найти, даже у самых близких ей людей. В эти самые мгновения она обрела себя.
Круг замкнулся, и этим кругом были объятия человека по имени Василий Ремизов.
Еще никогда Марат не чувствовал такого подъема, как в