Femme fatale выходит замуж стр. 87
девяти, но покинуть туалет Нечаев не мог – один приступ тошноты следовал за другим. Утешало только то, что с утра посетителей обычно не было, а сотрудники «Минервы-плюс» могли попасть в офис беспрепятственно – у всех были специальные карточки.
Наконец ему стало немного лучше. Нечаев умылся и нетвердым шагом отправился к своей конторке. Часы показывали без двух минут девять.
Внезапно зазвонил телефон.
– Алло…
– Нечаев, ты? – возбужденно спросил Финогеев – охранник с первого этажа, который сидел на проходной. – У вас мужик из окошка выпал!
– Что? Что ты несешь? – расслабленно пробормотал Нечаев. – Мне сейчас не до шуток…
– Я не шучу! Этот ваш, по компьютерам, главный который… Сейчас «Скорая» приедет, милиция еще…
– Юра Пересветов? – с ужасом переспросил Нечаев. – Выпал из окна? Когда?
– Да сейчас, вот совсем недавно! Что у вас там произошло?
– Да ничего не произошло… – в полуобморочном состоянии ответил Нечаев и положил трубку. Выходит, пока он отсутствовал на своем месте, явился Пересветов и почему-то выпал из окна…
Нечаев принялся рысью обегать комнаты. Так и есть, в комнате, где располагался информационный отдел, висел Юрин плащ, на экране включенного монитора плавали разноцветные рыбки…
Через несколько минут в контору ввалились возбужденные сотрудники. Они шумно обсуждали произошедшее, секретарша Полина рыдала…
– Что творится, что творится! – стонал кто-то. – Бедный Юрочка…
– Нет, но как такое могло случиться?.. – с изумлением и страхом обращался ко всем Гурьев Николай Ионович. – Я не понимаю… Он что, решил руки на себя наложить?.. Боря, в каком он был состоянии?
– В нормальном… – растерянно брякнул Боря. «Боже, зачем я вру? – в панике подумал он. – А вдруг в милиции решат, что это я выкинул его из окна?» – То есть я не обратил внимания, – тут же поправил он себя. – Прошел мимо, «здрасте» – «здрасте»… Вот и все!
– Один он был? – спросил кто-то.
– Конечно, один… – пробормотал Нечаев, прижимая руки к животу.
Еще через некоторое время прибыл следователь. Обошел контору, переговорил со всеми, в том числе и с Нечаевым, который умирал от страха и слабости.
– На вас лица нет… – мельком заметил следователь. – Ну да оно и понятно… Когда пришел ваш сотрудник?
– Я не помню. Не обратил внимания… В промежутке между восемью и девятью, – с трудом выговорил Нечаев.
– Ну а что делал Пересветов, когда пришел?
– Да откуда ж я знаю… – пробормотал Нечаев со слезами в голосе. – Мне отсюда не видать было, коридор у нас тут зигзагом.
– Угу… – хмыкнул следователь.
Некоторое время пристально и с недоумением разглядывал мозаичное панно «Битва при Грюнвальде». Нечаев трясся от страха и клял себя последними словами за то, что соврал. Но отступать теперь было поздно.
Скоро следователь вынес свой вердикт – Пересветов пришел в начале девятого (это подтвердил и Финогеев снизу), один – рядом с ним никого не было, прошел мимо Нечаева в свой кабинет, там разделся и включил компьютер. Далее отправился в курительную комнату, выкурил до половины сигарету (она была там единственной, накануне вечером Людмила Климовна все вычистила), аккуратно затушил ее в пепельнице, а затем прыгнул с балкона. Следов борьбы нигде обнаружить не удалось,