Библиотека

Ферзь – одинокая фигура стр. 196

Размер шрифта
-
+
Тема

перчатки.

Она удивилась, но выполнила. Я протянул ей пакет, в который сложил улики.

– Что думаешь об этих двух вещах?

Мари зажгла свет в кабине, чтобы рассмотреть внимательней.

– Пачка сигарет «синий винстон слимс». Зубочистки… Осталось чуть больше половины – двенадцать штук, если точно.

Достала несколько, рассмотрела, понюхала.

– Вроде, обычные сигареты… Хотя не поручусь, ведь я не курю. Но выглядят так, будто сделаны на фабрике. Все аккуратные, одинаковые. Пачка новая, выпущена в этом году. Не вижу в них ничего особенного.

– Я тоже. Однако что-то в них есть, иначе Чертков бы их не прятал.

– Мне больше нравится ошейник, – Мари вынула вторую вещь. – Стильная штука – черная кожа, серебристый карабин. По размеру – примерно на спаниеля. Кажется, не новый: на коже много трещинок. С наружней стороны прицеплен какой-то девайс… а со внутренней – не то заклепки, не то шляпки винтиков… Слушай! Кажется, это электрический ошейник. Знаешь, бывают такие? Если собака не слушается, жмешь кнопку – и ее бьет током.

– Мерзость. Выдумка садистов, – бросил я, разглядывая устройство. – И карабин какой-то странный, слишком массивный.

Мари попробовала щелкнуть им, расстегнуть. Карабин не поддался.

– Хм. Он с секретом. Не расстегнешь, если не знать, куда нажать.

– Чтобы кто-то сердобольный не спас собаку от экзекуции. Только хозяин знает, как снять с шеи пса электрошок. Ну и дрянь.

Ферзь бросила ошейник назад в пакет и снова пригляделась к сигаретам.

– Ошейник хотя бы необычный, памятный. Его можно использовать как психический маркер: хорошая вещь, чтобы напомнить кому-нибудь о чем-нибудь, ткнуть носом в его жестокость. Но сигареты?.. Зачем Черткову хранить их? Что в них особенного?

– А может, особенность и не в сигаретах… – сказал я и отнял пачку.

Вытряхнул сигареты, потом аккуратно вынул фольгированную бумагу, выстилавшую пачку изнутри. Между бумагой и картонной стенкой пачки прятался плотный листок. Я вынул его… и присвистнул.

– Мари, я рассказывал тебе о фото с детьми. Так вот, это оно!

Аккуратно обрезанная по краям так, чтобы точно помещаться в пачку, фотография, тем не менее, сохранила все самое главное. Исчез лишь фон, а дети с их напряженными, искусственными улыбками остались на месте. Несомненно, это был оригинал. В далеком месяце мае Юрий Чертков отсканировал это фото, слегка подретушировал скан, распечатал копию и принес на долгую память Ивану Березину. Тот перед смертью приклеил копию к кожуху типографской гильотины… А оригинал сейчас я держу в руках. Теперь не осталось вопроса: зачем было снимать копию и вносить правки. Третий слева мальчик – худой, темноволосый, уныло опустивший плечи – это был Юра Чертков. Он исправлял на фото собственную внешность, чтобы сделать неузнаваемой!

– Это он?.. – спросила Мари, проследив мой взгляд.

– Да.

– В детдоме?

– Думаю, нет. Полтавский детдом для него – мимолетная страница в биографии. А это фото – реликвия. И тайна, и ностальгия, и орудие мести.

Я мог бы не пояснять: карточка отчаянно фонила чувствами. Будь Мари конем, а не ферзем, – и то заметила бы.

– Глянь-ка, – сказала она, – тут сзади что-то написано.

Я перевернул. Маленькими аккуратными буквами (вспышкой вспомнилось: «Ты с ним?..») на обороте фотографии стояло пять имен:

Олег Мазур

Тарас Конотоп

Иван Березин

Катерина Петровская

Борис Гмыря

– Знаешь, на что мы смотрим? – уточнил я.

Мари кивнула:

– На список мертвецов.

Восьмая клетка

В октябре темнеет неожиданно рано. Вечер нависает над днем, как земляной потолок над кельей. Десять часов – уже глубокая ночь.

Стояла темень, когда мы покинули Полтаву. Пост ГАИ на выезде из города отозвался прохладным зудом в моем хребте. Я верил, что Прокопов выждет обещанные сутки прежде, чем объявить меня в розыск, но все же, зрелище людей в форме как-то не радовало. Мелькнула мысль: когда все окончится, уйду из прокуратуры. Сам же посмеялся над собою: экий оптимист! Когда все окончится, меня или уволят, или посадят. Любопытно, какая карьера ждет пситехника в тюрьме? По идее, зеки – несложные объекты для воздействия… Еще выбьюсь в паханы – вот будет

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.