Библиотека

Фитополис. Город жизни стр. 9

Размер шрифта
-
+
Тема

на «Интерьере в Паддингтоне» (1951). Гоуинг пишет: «Это одно из самых запоминающихся растений в горшках в истории современного искусства», но не развивает эту мысль, не объясняет, в чем же его особенность. С нас, читателей, довольно и общего упоминания. По моему мнению, как и по мнению всех, кто имеет дело с растениями, это крайне несправедливо.

Так, начиная с Аристотеля, древняя концепция лестницы жизни радостно преодолела все эпохи, проникла во все виды человеческой деятельности, оставаясь безразличной к любым научным открытиям, которые с каждым годом доказывают, как много удивительных способностей есть у растений и других нечеловеческих существ, населяющих эту планету.

2. Город людей

Архитектуру также не обошли эти всеобщие антропоцентрические установки. И не могли обойти. По сути, строительство – один из наиболее «человеческих» видов деятельности, родившийся из необходимости удовлетворять определенные биологические потребности, такие как защита от опасных природных явлений. В силу обстоятельств архитектура во всех своих проявлениях развивается исключительно вокруг человека. Уильям Моррис писал: «Под архитектурой я привык понимать союз искусств <…> Это действительно большая тема, ибо она требует внимания ко всему внешнему окружению человеческой жизни. Мы не можем уйти от нее, не можем от нее отвернуться, даже если и захотим, покуда продолжаем принадлежать цивилизации, ибо архитектура означает формирование и изменение самого облика нашей земли в согласии с человеческими потребностями – всюду, кроме необитаемых пустынь». Таким образом, невозможно быть частью цивилизации и отмахнуться от архитектуры, а вместе с ней и от человеческих потребностей, определяющих облик и функционал наших городов.

Главная артерия, зеленые легкие, лицо города, его сердце, костяк, нервная система, мозговой центр, кожа – несложно заметить, что все эти выражения, часто используемые при описании городов, подчеркивают, что наши тела и города устроены сходным образом, а также какую важнейшую роль играют знания о человеческом теле при обустройстве города. Архитектура на протяжении всей своей истории согласуется с его размерами и пропорциями. Здания служат для этого тела укрытием, внутри них телу предстоит передвигаться, поэтому вполне естественно, что именно на него ориентируются архитекторы, определяясь с размерами, устройством, материалами будущего строения.

Откройте любой учебник по этой дисциплине или просто загляните в правовые нормы, регулирующие размеры жилья, и вы поймете, что представить архитектуру вне антропоцентризма невозможно. С учетом человеческого роста входная дверь должна иметь высоту около 2,05–2,1 м; поскольку ширина плеч мужчины составляет около 0,55 м, проем должен быть не менее 0,6 м в ширину; вытянутая рука мужчины имеет длину около 0,72 м, и чтобы он мог свободно поднять ее, нужно примерно 1,12 м, поэтому достаточно удобный и просторный коридор должен иметь ширину не менее 1,2 м. Подобные сведения, доказывающие центральное положение человека не только в архитектурном проектировании, но и в нашем восприятии города, можно найти всюду. В этом представлении никто еще ни разу не смел усомниться, а в эпоху Ренессанса оно достигло пика своей теоретической разработанности в рисунке Леонардо «Витрувианский человек», названном в честь римского архитектора Марка Витрувия, на «Десяти книгах об архитектуре» которого воспитывалось множество поколений архитекторов вплоть до XIX века.

Витрувианский человек – это буквально изображение человека как меры всех вещей: это человек с совершенными пропорциями, вписанный в две идеальные фигуры – круг и квадрат. Круг – символ неба, а квадрат – символ Земли. Таким

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.