Гибель титанов ч.1 стр. 110
каждом порту свои ворота, а во Влахернах так и вовсе калитка какая-то. Около нее два стражника носом клюют. А это, скажу вам, такие вояки, что я их щелбаном прибить могу.
Парни понурились. Они и не знали, что через восемь сотен лет в совершенно иной реальности турки именно так и зашли в Константинополь, через кем-то незакрытые ворота Калигария, что во Влахернах. Конечно, даже если бы они остались закрыты, то и это ничего бы не изменило. Константинополь был обречен. Но факт остается фактом: ворота какой-то разгильдяй оставил незапертыми, и через них прорвались враги.
— Это что же, — Миха побледнел, — если государыня Мартина предложение великого князя не примет, в мой город враг войдет? Кровь на улицах польется?
— Вот ты недалекий все-таки! — с сожалением посмотрел на него Волк. — Нет, конечно! Вы же греки! А значит, народ бесчестный и подлый. Согласится ваша Мартина, потому что сама знает, что с ней будет, если не согласится. Ее свои же убьют, а новый мальчишка-император все сделает как надо. На золотой спорим, что она все условия примет?
— Не буду я с тобой спорить, — воспрянул духом Миха. — Вон гонец к воротам подскакал. И их уже открывают. Ставлю золотой, что его светлость Самослав крестится уже завтра до заката.
Ответом ему было молчание. Никто спорить с Михой не захотел. Тут все думали точно так же.
Глава 22
Град богоспасаемый Константинополь был весьма охоч до зрелищ. А потому даже вражеская армия, что под бой барабанов зашла в Золотые ворота, вызвала у горожан не страх, а скорее неуемное любопытство. Его светлость Самослав ехал впереди, удивляя ромеев тщательно выбритым подбородком. Да и воины его, что старательно печатали шаг, тоже были бриты, подражая в том своему государю.
Здесь такого не видели никогда. Каждая тагма несла развернутые знамена с вышитым на нем Георгием Победоносцем, а впереди нее шли два барабанщика, отбивающие ритм. Гром этот сливался в непрерывный гул, в который вмешивался рев труб, которые сопровождали движение конницы. Легионы печатали шаг, вбивая ногу в столичную пыль. С точки зрения князя, строевая подготовка была крайне слаба, но тут и такого не видели. Воины-ромеи все равно ничего подобного делать не умели. И каждый житель столицы мира спинным мозгом чувствовал: раз эти люди, чьи лица застыли в торжественном презрении, шагают как один человек, то каковы они на поле боя? Ответ становился очевиден очень и очень быстро.
— Ну ты смотри! — орал то один, то другой горожанин, без стеснения тыча пальцами в марширующее мимо него войско. — Как шагают, а? А как это у них получается одновременно ногу ставить?
— Бедненькая свита у архонта, — презрительно ответил ему другой. — И сам он одет просто. И такой римским императором хочет стать?
— Дурень ты! Именно такие римскими императорами и становятся, — послышалось в толпе. — Я нашего благословенного василевса Ираклия старшего еще по Карфагену помню. Не видел я золота на нем. А воин великий был!
— Это что же получается, братья! — заверещал какой-то лавочник. — Это империя снова землями прирастает? И Норик, и Дакия, и Паннония! Это ж какая торговля теперь пойдет, а!
— Может, снова из Египта зерно дешевое повезут? — воспрянули горожане, которые вчера вечером чуть было не разгромили пекарни, безбожно задравшие цены.