Библиотека

Год черной тыквы стр. 362

Размер шрифта
-
+
Тема

На распределении Любим хоть и смолчал, но, гад такой, зачислил Лило в загонщики – участь незавидная, смертность высокая.

«Ну ничего, ничего. Справимся. Самую малость бы продержаться».

Вопросов у Любима была тьма-тьмущая, но ему хватило ума задать мне их позже, когда я в первый же день из Нор домой удрала. Еле дошла, конечно. Слабость ещё чувствовалась, но хоть сознания я больше не теряла. Хейм с каждым шагом, с каждым вдохом словно вливал по капле в меня силы, унимал костёр, болезненно полыхавший внутри. Дома я сперва попала в крепкие мамины объятия, затем под такой поток брани, которого в жизни от неё не слыхивала. Выгляди я чуть получше, наверняка бы ещё и скалкой получила, ведь мама уже все глаза проревела. О том, что меня дракон унёс, ей охотники рассказали, которые из Кремля карателей всё это и видели. Пришлось повиниться, но призналась я, конечно, не во всём. Мама сердилась, однако норную форму уборщиков тут же в печи сожгла, да и волосы мои мы отмывали в четыре руки. Магия из них вскоре и сама вышла.

Я дёрнула локон-пружинку. Своё роднее всего.

А вот Любим как в тот день пришёл к нам домой, так и ушёл несолоно хлебавши. Мама за меня горой стояла:

– Прихворала дочка, дома всё это время была. Ни в какие Норы не ходила, на драконах не летала, знать ничего не знаю.

– Но я же видел. К чему отпираться…

– Коли ты колодницу какую за Йони принял, так это тебе к Двалиру, стало быть, надо наведаться, снадобья какие для улучшения зрения прикупить.

– Сударыня Хильди!..

Спорил и возмущался Любим долго, пока мама ему рогаликом рот не заткнула да за порог не выставила.

«Замечательная у меня всё-таки мама. И дом. И Хейм. Своё роднее всего».

Мысли прервал внезапный стук в дверь, и мне пришлось метнуться к себе в горницу и спешно натягивать портки. Но вопреки ожиданиям в избу к нам пожаловал не Петрушка.

– Йони. – Чен появился на пороге как раз, когда я затягивала завязки у горловины рубахи. – Добрых рассветов. Ну что, готова?

– М?

– Ждан общий сбор объявил. Идём?

Он протянул ко мне руку, намереваясь приобнять за талию. Я стиснула зубы, ощущая нарастающую неловкость и неизбежность тяжёлого разговора.

«Дальше тянуть нельзя».

– Чен, послушай… Эм-м… То есть я хочу сказать, что ты замечательный человек и прекрасный друг, но…

«Демоны, как же это сложно!»

Лило Халла. Хейм

Сотни невидимых игл впились в затёкшую ногу. Я резко сел, тут же стукнувшись лбом о каменный свод, и повалился обратно на жёсткий тюфяк, наполненный панцирными опилками.

– Да чтоб тебя… – прорычал я сквозь зубы, перевернулся на живот и червём стал выползать из своей спальни.

Я так и не смог привыкнуть к этим узким, тупиковым дырам, раскиданным по стене в несколько рядов, словно медовые соты. И привыкать не собирался!

Свесив ноги вниз, я спрыгнул на земляной пол. В спальной дыре справа от моей послышалась возня. Из черноты отсека сперва показались изящные босые ступни Милады, а затем её округлая задница в коричневатых форменных портках.

– Доброй зари, Дэкстер! – зевнула Милада и потянулась, разминая спину. – Чего такой хмурый? Всё ещё грустишь по своей пропавшей подружке?

– Да не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.