Библиотека

Год тысяча шестьсот… стр. 241

Размер шрифта
-
+
Тема

отчаянности разгула, тяжелый топот кованых каблуков, высокий и пронзительный дребезг мандолины и пьяный визгливый женский смех.

— «Большой Дом», — прочитала Ника вывеску над дверями. — «Джон Литтон».

— Что? — не расслышал Дубок.

— Улица, говорю, веселая. В каждом доме, либо кафе…

— Кафе? — переспросил Дубок.

— Ну, забегаловка, — кабак, словом.

— Это верно. Тверезого, как есть, ни одного на улице не вижу.

Неподалеку от широкого крыльца «Большого Дома» грузный, загоревший до черноты матрос в роскошном атласном кафтане, лопнувшем по швам на его широкой спине, тщетно пытался подняться с мостовой. Ноги его уже плохо держали, и он упирался руками и сейчас очень походил на встающую с земли корову, которая — это Ника помнила еще по Марку Твену — вначале поднимается на задние ноги; но, как только матрос собирался выпрямиться, кто-либо из прохожих, которым он загораживал дорогу, небрежно отталкивал его, и он опять кулем валился на мостовую.

Из дверей «Большого Дома» выбрались еще два подобных джентльмена, с трудом спустившись с крыльца, они тут же завернули за угол и приткнулись к стене, упираясь головами.

— Надо же! — сокрушался Дубок. — Боярышне на такой срам и смотреть зазорно. Куда идти-то?

Боярышню окружающий разгул смущал мало — пьяных она не видела, что ли! — однако сейчас ей нужна церковь Святого Себастьяна. Ника не знала, где ее искать, и не видела, у кого бы о ней спросить.

За время своих странствий по чужбинам Дубок успел усвоить начало разговорного языка своих случайных хозяев: он тут же поймал за шиворот куда-то спешащего по своим делам мальчишку с физиономией цвета «кофе с молоком», и на смеси испанского с английским — Ника не поняла ничего, но Дубок как-то разобрался — тут же получил нужную информацию. Желая отблагодарить консультанта, Ника вытащила из кармана первую попавшуюся под руку монету, — Дубок даже охнул, увидя золотую гинею, вместо нее дал мальчишке подзатыльник, и тот умчался, довольный хотя бы тем, что оказался полезным таким важным джентльменам.

3

Церковь Святого Себастьяна отыскалась на окраине города, в тупичке небольшой улочки. Плотная заросль неизвестных Нике кустарников стреловидные листья с гроздьями ярко-желтых цветов — надежно отгораживала храм от кабацкого шума, здесь было тихо и покойно, и сама церковь, сложенная из серого песчаника, выглядела скромно и незаметно, видимо, была построена еще в давние времена, до того, как Порт-Ройял стал флибустьерской столицей в Карибском море на перекрестке водяных дорог золотых испано-португальских каравелл.

За невысокой оградкой из того же серого песчаника был сад, что там росло, Ника разобрать не смогла. Темная фигура садовника в длинном подряснике с корзиной в руках бродила среди

кустов.

Над церковными дверями было врезано высеченное из светлого мрамора изображение самого святого Себастьяна с запрокинутым к небу лицом. Две короткие толстые арбалетные стрелы весьма натуралистично торчали в его груди.

От прохода в ограде до церковных дверей тянулась дорожка, посыпанная белым морским песком. Служка-уборщик в трепаном халатике смахивал метелкой пыль с выщербленных церковных ступеней.

По запущенному внешнему виду как уборщика, так и самой церкви можно было заключить, что жители веселого флибустьерского города нимало не заботились о спасении своих грешных душ и не желали тратиться на содержание храма божьего — из золотого половодья, захлестывающего центральные улицы, сюда, похоже, не притекало самого

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.