Гордость. Вера. Верность стр. 42
источники прикрепляли записки к стрелам и выпускали их в ночное небо, целясь в условленное место, где их и подбирали люди Ильи. Командующий знал о голоде, смертях и озлобленности горожан. Но пока дружинные избы Роговолда были наполнены верными воинами, рассчитывать на бунт внутри Радоградских стен не приходилось.
Кроме того, почти все лазутчики, с которыми князь поддерживал связь в начале осады, были пойманы городской стражей, которая на удивление хорошо выполняла свою работу.
– А когда мы поженимся – ты тоже будешь таким суровым? – Лада снова попыталась разговорить его.
– С чего вдруг мне быть суровым?
– С того, что ты князь! – пожала хрупкими плечами девушка. – У вас всегда есть какие-нибудь важные дела и мысли.
– Я обещаю, что на тебя моя суровость не распространится! – улыбнувшись, тихо ответил Владимир.
– А на наших детей? – с напускной серьёзностью спросила она.
– На них – тем более! – заверил её мужчина.
Лада почувствовала, как сердце забилось быстрее, а щёки обдало жаром. Она невольно положила руку на живот, но тут же, опомнившись, быстро убрала её.
– Командующий! – раздался крик снаружи. – Получено донесение!
Владимир, нахмурившись, тяжело вздохнул. Покидать объятья любимой совсем не хотелось, но того требовало дело. С нежностью поцеловав её, мужчина едва слышно произнёс:
– Прости, нужно идти.
– Конечно, ступай, – погладив суженого по небритой щеке, улыбнулась девушка. – Я подожду тебя здесь.
– Постарайся поспать, если меня долго не будет.
Торопливо одевшись, князь покинул шатёр, оставив Ладу, нагую и беззащитную, в одиночестве.
Выйдя наружу, он сразу ощутил ледяное прикосновение ветра и зябко поёжился.
У входа ждал Илья. Тысячник выглядел усталым, а его усы и борода, покрывавшие красное, обветренное лицо, были украшены серебристым инеем.
Не говоря ни слова, он протянул Владимиру обрывок бумаги, аккуратно свернутый в трубочку. Князь подошёл к одному из факелов, освещавших вход в шатёр, и, прищурившись, прочёл послание:
«В следующие дни ни от кого не принимайте донесений, не берите в руки записок из Радограда. Накажите воинам, чтобы они не имели сношений ни с кем и ни с чем, прибывшим из-за стен.Скоро в столице произойдут печальные события. Но для вас, впрочем, они могут оказаться наоборот, радостными.Ваш друг Т.»Друг Т. – Владимиру была знакома эта подпись.
Первое письмо от загадочного Т. пришло через несколько дней после его победы под Изборовом. Тогда записка, принесённая тщедушным, едва волочившим ноги вестником, была пространной и говорила лишь о том, что в городе у него, законного наследника, есть верный друг. После этого Владимир неоднократно получал письма о состоянии дел в столице – и всегда они были удивительно точны. Т. описывал в них голод и отчаяние горожан, рассказывал, что способствует распространению порочащих Роговолда слухов.
Теперь же он остался едва ли не единственным источником сведений о происходящем в крепости. У князя были догадки, кем является незнакомец, но точно он не знал. Однако до сих пор таинственный осведомитель не давал повода усомниться в правдивости своих слов, и потому игнорировать их было нельзя.
Ещё раз перечитав записку, командующий поднял лицо на Илью, и его глаза засияли. Мужчина почувствовал, как в сердце вновь разгорается огонёк надежды. Вернув бумагу тысячнику, он негромко распорядился:
– Илья, оповести Драгомира, Святослава и Ярослава. Скажи, что я призываю их. Есть важное объявление.
Глава