Гость на свадьбе стр. 54
такое мощное желание погрузиться в нее, и снова, и снова, пока все разумные мысли не исчезнут раз и навсегда. Брэдли изо всех сил сдерживался, зная, что она не заслужила такой внезапности. Это ему полагалось наказание. Тяжело дыша, она не сделала попыток ускользнуть, словно знала, что игра будет стоить свеч. Умная девочка.
Он ласкал самые чувствительные местечки на ее теле, пока не потерял самообладание. «Посмотри на меня», — потребовал он безмолвно. Он хотел, чтобы она знала, кто ее целует. Хотел, чтобы она помнила.
Она открыла сонные глаза и взглянула на него так, словно видела саму его душу. И, зная, чего он хочет,
притянула его к себе и поцеловала.
В окне только-только забрезжил рассвет, когда Ханна поспешно натягивала на себя джинсы, футболку, пончо и сапожки, стягивала волосы на затылке в «хвост» и, умывшись, торопливо вышла из номера. Ей нужно было пройтись. Пройтись и подумать. А мысли все не шли, пока обнаженный Брэдли раскинулся на кровати.
Тихий писк лифта был неожиданно громким в предрассветной тишине. Она взглянула на дверь, ведущую обратно в номер, но та осталась закрытой. Оказавшись на первом этаже, девушка прошла через пустой холл и вышла на крыльцо. Холодный воздух был так неожиданно свеж, что она чуть не юркнула обратно в тепло. Но этим утром ей нужно было именно это.
Небо было почти серебристо-серое, все вокруг было засыпано снегом, словно в зимней сказке. Птицы еще не пели, воздух был неподвижен, тишину нарушало лишь падение шапок снега с веток. Все было как во сне. Она попыталась представить себе, что все выходные были прекрасным сном, который закончится, когда она проснется на следующий день и окажется опять в настоящем мире.
Реальность внезапно показалась такой чужой. Такой далекой. И пугающей. Нужно было только уговорить Брэдли остаться. Навсегда.
Нет. Такого она сказать не могла. Он ведь дал понять, что был не из тех, кто оседает у домашнего очага. Нет ничего хуже любви, которую некому отдать. Когда умер отец, что-то внутри у нее разлетелось на мелкие осколки. Она бродила по округе, словно брошенный котенок, пока не встала на ноги, не нашла свое место в Мельбурне.
Как ни посмотри, ни он, ни она не обладали выдержкой и нужным опытом, чтобы начать что-то долговременное.
От ее дыхания в воздухе образовался белый парок. Она потерла пальцем холодный нос, закуталась в пончо и снова очутилась в благословенном тепле отеля.
Холл больше не был пустым. У стойки регистрации стояла женщина в узкой юбке, высоких сапогах, пурпурной пелерине и берете в тон. Она обернулась на звук шагов Ханны.
— Мама, — обращение вырвалось непроизвольно, но Вирджиния, казалось, не заметила.
— Где ты была так рано?
— Просто гуляла. Дышала свежим воздухом. А ты?
— Еду домой.
— О. Я думала, твой номер оплачен еще на день.
— Так и есть. Но, думаю, Элизе не нужно присутствие ее матери во время завтрака сразу после первой брачной ночи.
— Надо же, такая забота, — выпалила Ханна.
Вирджиния хмыкнула:
— Надо поменьше мелькать перед глазами, да?
Менеджер вернулся к стойке с несколькими документами, которые он протянул Вирджинии. Она поблагодарила его с улыбкой, которая заставила его покраснеть как помидор.
Заполняя требуемые графы, Вирджиния заметила:
— А где твой спутник?