Графиня Салисбюри стр. 243
войн все рыцари имели обыкновение, находясь в пути, быть в полном вооружении, и коню графа трудно было, несмотря на всю его силу, нести двойную тяжесть всадника и его вооружения, так что через каждые десять или двенадцать миль Салисбюри принужден был останавливаться для отдыха. И не раньше, как на шестой день своего путешествия, с высоты, господствующей над Роксбургом, увидел наконец замок Варк. Замок казался ему в том же самом положении, в каком он его оставил; и сердце его стеснилось неизъяснимым чувством грусти при виде стен его, и это чувство было так сильно и непреодолимо, что вместо того, чтобы пустить коня в
галоп, несколькими минутами ускорить свидание с возлюбленной своей Алиссой, он поехал шагом и приближался к месту ее пребывания с трепетом, как человек, которому грозит ужаснейшее неизвестное ему несчастье, в существовании которого убеждало только его предчувствие. Впрочем, никакая очевидная перемена не оправдывала этого предчувствия; флаг развевался на башне, часовые прохаживались по валу тихими и ровными шагами, что доказывало совершенное спокойствие внутри стен замка. Крестьяне, привозившие жизненные припасы, выезжали из главных ворот и разъезжались по окрестным деревням; Салисбюри, остановясь, хотел было спросить их, но о чем? Он сам этого не знал, и, победив эту слабость, убеждаясь представлявшимися взору предметами, что воображение его обманывало, он, понудив коня, поехал скорее, и через несколько минут достиг покатости пригорка, на котором построен был замок. Подъехав ближе, он увидел по знаку, данному часовым, что его узнали, почему и пустился поспешно по тропинке к платформе. Приблизившись к воротам, он нашел всех служителей, вышедших к нему навстречу; но не ожидал их он увидеть первых. Всегда Алисса первая встречала его, и поэтому ее одну искал он, но ее не было. Однако, как не скоро проехал он тропинку, ведущую к платформе, но, вероятно, успели ее известить о его прибытии. Разве ее не было в замке? Но где же ей быть? И первое слово, произнесенное им, было имя жены. Но, не отвечая ни слова, оруженосец, принимавший коня, показал рукой на замок; граф, страшась сделать ему еще вопрос, спрыгнул с коня и бросился во двор замка, тут опять он на минуту остановился, потому что и на крыльце, где он непременно надеялся ее встретить, не было графини, и обратил взор на окно, думая в одном из них ее увидеть, но все окна были затворены; тогда он пошел по лестнице так скоро, как только позволяло ему тяжелое его вооружение, и, взойдя наверх, бросился прямо к комнате жены. Все комнаты, через которые он должен был проходить, были пусты; наконец, отворив дверь последней, он увидел на пороге графиню, всю в черном, и с такой бледностью на лице, что она походила на мертвеца.
Граф остановился и смотрел безмолвно и с ужасным трепетом на Алиссу, не понимая, что случилось с ней; но так как она не приближалось к нему и стояла на одном месте, то он, прервав молчание, спросил ее трепещущим голосом:
— Что с вами сделалось, графиня, и по ком вы в трауре?
— Граф, — отвечала Алисса таким слабым голосом, что Салисбюри едва мог слышать ее слова. — Я ношу траур по чести вашей, похищенной у меня подлым обманом в замке