Графиня Салисбюри стр. 245
я женщина, и следственно рука и сердце мое ослабеют перед смертью!
— О, тогда! — вскричал Гильом, — я… Ах! несчастный, какая ужасная мысль пришла мне в голову! Что было я сказал!
— Благодарю, Гильом, — сказала Алисса, подавая руку молодому рыцарю, — вы угадали мысль мою; муж мой, вручив меня вашей защите, заботился о моей чести, вероятно, столько же, как и о жизни; и поэтому, ежели вы не в состоянии будете отдать меня живой и не обесчещенной, какой от него приняли, то, по крайней мере, отдайте мертвую и чистую, и тогда он скажет, что вы ежели не в точности, то честно и мужественно выполнили обязанности, и за живую или мертвую он будет благода рить вас, а может и благословлять память вашу; но это, Гильом, в самой последней крайности; посмотрим, может, еще есть средство к спасению.
— Какое? — спросил поспешно молодой человек, когда графиня едва успела окончить слова свои.
— Говорят, король в Бервике и собирает армию; Бервик от Варка недалеко.
— Вы хотите, графиня, просить помощи Эдуарда? — спросил побледнев Гильом.
— Я уверена, что он в ней мне не откажет, — отвечала графиня.
— О Боже мой! Я в этом не сомневаюсь, — сказал поспешно Гильом. — И вы, графиня, расположены принять его в вашем замке?..
— Почему же нет? Он наш государь, монарх. Муж мой присягал ему в верности. И ежели он исполнит мою просьбу, поспешит ко мне на помощь и спасет мне жизнь, а может, и больше, нежели чем жизнь, то, конечно, он будет иметь право на мою признательность!
— Да, да, и на любовь вашу, — сказал тихо, ударив себя рукою по лбу Гильом…
— Господин рыцарь! — сказала с холодной важностью графиня.
— Ах! простите» простите! — вскричал молодой человек, — вы не знаете, графиня, потому что добродетель набрасывает на все покров невинности. Но ежели бы вы подобно мне следили за его взорами, устремляемыми на вас, замечали голос его, когда он говорит с вами; видели, как он краснел и бледнел, беспрестанно приближаясь к вам, если бы проснулись в ту ночь, когда я охранял вас, о, тогда вы не сомневались бы, что этот человек вас любит. И этот человек король…
— Что мне до этого, — сказала Алисса, — что безумная любовь, которую я имела несчастье внушить, закралась в сердце человека, который выше или ниже меня?.. Я так искренне люблю и уважаю моего мужа, и поэтому уверена, что никакое обольщение не заставит меня изменить ему, нарушить клятву в верности, данной перед алтарем Господа Бога, и как ни привлекательна красота моя, но я надеюсь, что она не может вселить такой страсти, которая принудила бы того, кем она овладела, прибегнуть к насилию. Поэтому, Гильом, ежели вы не имеете ничего больше возразить на мое предложение, то я его исполню, и прошу вас узнать, нет ли между жителями замка человека храброго и мне преданного до такой степени, чтобы решился пробраться сквозь шотландский лагерь и доставить просьбу мою королю Англии.
— Я знаю, графиня, одного, который готов умереть по одному вашему слову, и почтет это счастьем, — отвечал грустно Гильом. — Возвратитесь к ожидающим вас в совете рыцарям. Напишите письмо, и через четверть часа посланный будет готов.
Графиня пожала руку Гильому, в знак признательности, и удалилась так же тихо,