Гремящий перевал стр. 98
не сожгли на костре инквизиции за слишком дерзкие предположения и отослали в дальний уголок Империи, она поняла, что ее исследования и познание мира закончены. Она впала в отчаяние.
Но затем пришла Мортис. Она предложила волшебнице науку и бессмертие. А взамен потребовала вечную службу. И Мереи согласилась.
Разум без ограничений морали.
Выводы, свободные от чувств.
Веками лич превращала свой ум в оружие познания, сделав мысль своим главным оружием и инструментом. Она достигла неимоверных успехов, безжалостная к чувствам своих соперников и не брезгующая никакими способами достижения цели.
Ради Мортис.
Тем временем дракониха проснулась. Громко рыкнув, она потянулась, грациозно выгибая десятифутовую шею и, оглушительно хлопнув широкими крыльями, взмыла в воздух. Поднялся столб пыли и во все стороны полетели брызги.
Мереи отдала беззвучный приказ Гхогу — он знал, что надо делать. Тамплиеры скользнули ближе к гнезду и заняли нужные позиции. Лич достала мазь и приготовила свиток.
Сайльгрей вернулась с охоты спустя четверть часа. И обнаружила бесплотного духа, вольготно устроившегося в ее гнезде.
Гхог злорадно расхохотался, схватил одно из яиц и бросился к лесу.
Рассвирепевшая самка дракона издала дикий, полный ярости вопль и бросилась за призраком.
В этот момент четыре тамплиера выскочили из укрытий и бросили копья. Сайльгрей рубанула крылом и сломала три из них, но одно добралось до цели, глубоко пропоров слабо защищенную перепонку. Покачнувшись в воздухе, дракон быстро восстановил равновесие и изрыгнул на тамплиеров поток раскаленной жидкости.
Они бросились врассыпную, но даже те, кто не смог избежать смертельного дыхания синего дракона, остались невредимы — Мортис дарует защиту от стихий верным слугам.
Вторая четверка тамплиеров, замаскировавшаяся среди прибережных валунов, уже отправила в полет смертельные жала копий, когда Сайльгрей заметила опасность. Все копья попали в цель и прочно застряли в правом крыле, сильно порвав перепонку. Но взбешенный дракон, чудом восстановив равновесие, только прибавил в скорости, и испуганный Гхог, отшвырнув яйцо в сторону, устремился к Мереи.
Лич ударила.
Столб огня прочертил широкую полосу и врезался в дракона, рассыпавшись снопом горячих искр. Пламя даже не опалило лазурную чешую, да и не за этим оно было нужно. Сайльгрей заметила Мереи.
Разъяренная дракониха взяла чуть вправо и ринулась на неподвижно стоявшего лича.
Сейчас!
Тамплиеры выкатили засыпанную кустарником баллисту из укрытия и прицелились в дракона. Сайльгрей поняла, в какой опасности находится, и исторгла поток такой силы, на какой только была способна.
Копьеносцев моментально смыло — но они были в безопасности, Мортис сбережет их от этой атаки. Баллиста исходила жаром, но стояла невредимой — именно на нее Мереи потратила волшебную мазь, оберегающую от кипящей воды.
Только лич остался без защиты.
Вложив всю силу в заклинание огня, Мереи выжигала воздух перед собой, испаряя воду. Абсолютная сосредоточенность, чтобы поддерживать бушующий щит пламени перед собой, и непоколебимая концентрация, дабы сохранить связь высохшего, давно умершего тела с душой.
Поток иссяк, и Сайльгрей встретилась взглядом с бездушным личем.
Мереи спустила рычаг баллисты.
Дубовые дуги неестественно выгнулись и лопнули от высокой нагрузки, успев выстрелить окованным железом болтом, моментально загоревшимся в полете — таково было действие свитка Мереи. Болт молнией ударил в Сайльгрей, пробив грудную клетку и глубоко войдя внутрь.
Дракониха нелепо ударила крыльями, застонала и камнем упала