Библиотека

Я дрался на Ил-2. Книга Вторая стр. 259

Размер шрифта
-
+
Тема

пятка — вещь такая… У нас один инженер как-то открывает люк, оттуда падает ПТАБ и взрывается, — осколок попал в пятку. То же самое, ничего не могли сделать. Так Федора Буслова и уволили.

Вот так мы дружили, не поэскадрильно.

—  Как воспринимались потери?

— Никак. Вечером, когда ужинаем, разбираем, отчего, почему погиб. Разобрались. Кто был знаком, помянул. Это воспринималось как естественное состояние. Главное — выявить причину, почему погиб.

—  У Вас были предчувствия, приметы?

— Приметы бывали. Брились только вечером, в новой одежде не летали. Если есть новое, то обнашиваешь сначала, и то склоняешься к старой одежде. А что из старого? Только гимнастерка да шаровары, а больше ничего не было, как будто у нас был гардероб!

—  Не обсуждали, кому какой орден дали?

— Нет. У нас три эскадрильи, все отдельно. Всем заправляли адъютанты: заполняли книжки, писали наградные. Дали и дали.

—  100 грамм давали за летный день?

— Когда была боевая работа. Это средство, чтобы снять напряжение. Мы еще доставали самогона или еще чего-нибудь. Я, например, до войны не пил, пить начал, когда прибыл на фронт. У меня отец ювелир, он пил, но когда меня дядя угостил вином, он мне за это всыпал. Курить я тоже не курил до 20 лет. На войне так, баловался. Серьезно я курил лет 10, когда работал на заводе «Прожектор», а потом бросил. Думаю, лучше выпить.

—  Женщины в полку были?

— Да, но их было мало. Сначала их вообще не было. Были только в батальоне аэродромного обслуживания, официантки.

—  Романы случались?

— Как всегда. Нас много, а их раз, два — и обчелся, так что люди находили кого-то на стороне.

Обычно после летного дня мы не имеем права ужинать без командира полка. Он приходит, начинается разбор: кто погиб, почему погиб, мог ли остаться живым. Кто как действовал, кто струсил,

кто не струсил. Говорит, какая шестерка хорошо работала, кто благодарность от наземных войск получил. Потом наливает 100 грамм. Дольешь самогона, покушаешь хорошо и идешь или гулять в деревню, или спать, потому что вставать рано.

—  Танцы были?

— У нас был один, Михаил Федин, на баяне играл. Мы его в Запорожье взяли. А с кем танцевать?

—  Со СМЕРШем как складывались отношения?

— Я его не знал даже. Только когда был в Германии.

—  Как встретили известие о победе?

— Мы были в Восточной Пруссии. Когда нас разбудили, сказали, все побежали на аэродром. Самолеты все зачехленные, но они все начинены, заряжены. Кое-кто PC пустил, кое-кто из пушек начал стрелять из пулеметов. Ура!!! Потом стали искать водку, а ее нигде не было. Нашли в БАО, пили дня три без просыпу.

—  Не было ощущения опустошенности?

— Нет. Мы знали, что у нас будет боевая подготовка.

—  Некоторые летчики говорили, что после войны прокатилась волна самоубийств.

— Это верно, потому что все были напряжены. У нас был интересный случай. В Первой дивизии началось знаете с чего? К тем, кто постарше, начали приезжать жены. Кое-кто начал жениться. У нас было 77 Героев, из них 7 — дважды Герои. В 76-м полку служил Степанищев, дважды Герой, майор, комэск. К нему приехала жена. А у меня была девчонка, ей было лет

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.