Японская анимация. От кабуки и камисибай до студии «Гибли», Миядзаки и Такахаты стр. 87
форму. Такова и их динамика — даже когда движения быстрые и резкие, они идут по кривым, волнообразным линиям. Для перемещений в глубь леса и в особенности для взгляда на мир глазами волка, «волчьего видения», даже вводится дополнительный объем, сложное сочетание двумерных и трехмерных пространств. Как и в двух предыдущих фильмах, видна любовь Мура к архаичной символике, которую он в данном случае дополняет вымышленными элементами и интегрирует в сердце лесного массива, волчье логово — устланную травой пещеру с испещренными узорами сводами и округлыми камнями. Другая вновь воспроизводимая им находка — вшитая в саму основу визуальной части ленты орнаментальность. Помимо орнаментализации растительности и других элементов окружения, часто даже персонажи могут собираться в ритмические композиции: в «Тайне Келлс» это были монахи и совы, в «Песни моря» — совы — помощницы ведьмы Махи, тюлени и сиды, а в «Легенде о волках», конечно, волки! Волчья стая здесь выступает почти как единый организм, сложный динамичный узор.
Подводя итог, можно сказать, что, как и Миядзаки, Мур выработал устойчивую систему визуальных решений — он работал художником комиксов, и его манера рисунка во многом определяет облик его фильмов. Ему, как и японским режиссерам, близка сказочная и фольклорная тематики, но он вольно интерпретирует их и адаптирует под свои нужды — обращается к преданиям о сидах и их мире, к историям о шелки и оборотнях; единым лейтмотивом у режиссеров проходит интерес к женщине как носительнице древней магии и сакрального знания. С Такахатой Мура роднят и поиски в области линии: именно динамичная, легкая графика «Сказания о принцессе Кагуя» повлияла на контуры в «Легенде о волках». Сближают их и нетривиальные решения пространства, динамичные сцены и смены стилизации внутри одного мультфильма, которые у Мура достигли пика в «Легенде о волках».
И наконец, оба японских режиссера повлияли на стремление Мура осмыслять национальное искусство не только сюжетно, но и изобразительно. Как и они, Мур творчески интерпретирует памятники собственной культуры, вводя в анимационный кадр скульптуру, манускрипты и орнаментику. Поэтому в методе Мура прослеживается связь и с Такахатой, и с Миядзаки, хотя он принадлежит уже другому поколению. При этом его авторский метод — явление самобытное и самостоятельное, Мур переосмысляет собственный опыт и национальную идентичность, разрабатывает свои стилистические решения.
В мультфильме Исао Такахаты «Еще вчера» в подробностях представлен процесс сбора урожая цветков сафлора — растения, издавна служащего источником природного красителя. Цветы сафлора содержат желтый и красный пигменты. Менее ценный и водорастворимый желтый пигмент обычно удаляют, промывая собранный сафлор водой; затем лепестки переминают, ферментируют, формируют в небольшие лепешки и высушивают. Получившиеся брусочки в дальнейшем используют как источник дорогого красного пигмента, применяемого, например, для создания декоративной косметики. В ленте мы видим и сельскохозяйственные работы, и красивейшие желто-зеленые поля сафлора в разное время суток, и крупные планы отдельных цветков.
Статуи тануки
Главные герои ленты Исао Такахаты «Помпоко: война тануки в период Хэйсэй» — енотовидные собаки тануки. Эти животные — частые гости в японских сказках. Считается, что тануки, как и, например, лисы-кицунэ, могут менять свой облик; кроме того, в синто тануки являются одним из центральных символов плодородия. Самцы тануки обычно изображаются с преувеличенными репродуктивными органами.