Японская анимация. От кабуки и камисибай до студии «Гибли», Миядзаки и Такахаты стр. 89
руками и ногами.
Три зеленые головы в «Унесенных призраками» Миядзаки — в артбуке к мультфильму они названы «касира» — напоминают одновременно дарум своей мимикой и майкуби (ёкая, который представляет собой сражающиеся отрубленные головы трех самураев).
Древесные духи кодама. Сувенирные фигурки по дизайну Хаяо Миядзаки, фотография, XXI в.
Разрабатывая персонажей «Принцессы Мононоке», Миядзаки — в частности, работая над ранними версиями дизайна духов кодама и Лесного Бога, — вдохновлялся в том числе мангой «Маддомэн» (англ. Mud Men, 1975–1982) мангаки Дайдзиро Морохоси (р. 1949).
В манге фигурируют так называемые «мудмены» из племени Асаро — реального племени из Папуа — Новой Гвинеи. «Мудмены» — это люди, которые носят костюм, главной составляющей которого является крупная глиняная маска, а также покрывают тело глиной. Во многом эта традиция связана с туризмом и активно развивалась в XX веке, однако в целом ее более древние аналоги — использование гротескных масок и нанесение глины на тело — можно найти и в других культурах.
Большая волна в Канагаве. Гравюра, Кацусика Хокусай, ок. 1830–1831 гг.
Одно из самых известных произведений японского искусства — «Большая волна в Канагаве» Хокусая — цитировалось авторами по всему миру множество раз. Встречается волна и у Ghibli: в морской сцене ленты «Наши соседи Ямада» Исао Такахаты.
Ласточка и глициния. Гравюра, Утагава Хиросигэ, сер. 1840-х гг.
Сцены с растениями, птицами и насекомыми в этом же мультфильме отсылают нас к жанру живописи и гравюры катё-э (букв. «изображение цветов и птиц»).
Жанр катё-э помогает увидеть в природе не фон, а полноценного героя произведения. Птица на ветке, порхающая бабочка или целеустремленная пчела, едва раскрывшийся бутон, колышущиеся на ветру листья или травинки — это самостоятельные мотивы. В «Наших соседях Ямада», «Сказании о принцессе Кагуя» и других лентах Такахаты сцены, построенные вокруг таких фрагментов окружающего мира, задают паузы и моменты для созерцания, отражают вечное движение жизни и смену сезонов.
Никко Тосё-гу, ворота Ёмэй-мон. Никко, нач. периода Эдо
Сложносочиненный мир «Унесенных призраками» представляет собой яркий пример подхода Миядзаки: находить реальные прообразы, а затем изменять и трансформировать их, дополняя вымышленными деталями и кусочек за кусочком конструируя пространство. Прообразы в данном случае — это и памятники архитектуры, и традиционный костюм, и живопись или гравюра, и предметы декоративно-прикладного искусства.
Самое впечатляющее здание в мультфильме — купальни — вдохновлено сразу несколькими сооружениями: общественной баней на горячих источниках Дого-онсэн, построенной в 1894 году в стиле архитектуры периода Адзути-Момояма (1568–1600); синтоистским святилищем Никко Тосё-гу, возведенным в начале периода Эдо (1603–1868); и отелем «Мэгуро Гадзёэн», основанным в 1931 году в период Сёва (1926–1989) и реконструированным в 1991 году. Также авторы опирались на отреставрированные здания разных периодов, представленные в Архитектурном музее под открытым небом Эдо-Токио. Получившееся здание эклектично и внутри, и снаружи.
Дого-онсэн. Мацуяма, префектура Эхимэ, 1894 г.
Персонал купален носит традиционный японский костюм. При этом он вписан в мир персонажей: интерьер напоминает стандартную жилую архитектуру с простыми перегородками сёдзи (а не роскошными золотофонными фусума, покрытыми росписями) и футонами, которые днем убирают в шкаф. Этот костюм функционален: в нем множество завязок, позволяющих, например, поднимать и фиксировать рукава во время физического труда. Работницы юна —