Библиотека

Игрушки судьбы стр. 110

Размер шрифта
-
+
Тема

и образы бывшего актера начали сменяться один за другим: мужчина в полном расцвете сил, лысый пузан, урод с ввалившимся носом, девочка-школьница, зомби, что-то похожее на сыр с глазами.

— Во дает! — хохотнул Вэньян. — Давай еще!

Холеная леди в возрасте, она же, но неухоженная, ушастый дверг, ромашка с глазками, гриб, пушистый заяц с человеческими чертами, такой же кот.

Кто-то хохотнул рядом, кто-то дальше.

А Проповедник между тем продолжал вещать:

— И праведные наследуют мир, ибо изначально создан он для нас!

В сочетании с меняющимися образами, особенно зверушек, это, действительно, было смешно.

— А корыстолюбцы и стяжатели наследуют…

Толпа уже вовсю, что называется, ржала.

— Не,

гляди, во дает!

— А уши, уши-то, так и прыгают.

— Мы должны взять свое! — в исполнении бурундука, со вздетой лапкой, фраза выглядела особенно комично.

Кивнув Гуангу, Вэньян начал протаскиваться к выходу.

Самое интересное, что Проповедник произносил ровно те же слова, что и всегда, но слова не всегда главное, точнее, не только слова. Важнее, когда и кто их произносит.

Он перекинул программу Гуангу.

Так как вокруг стоял невообразимый шум, написал сообщение.

«Еще несколько раз так поиграешься, и его уже никто не станет воспринимать всерьез. Больше того, он сам поверит, что это Бог-Смотритель, ну или Атомные покарали его, и сам отыщет за что».

Гуанг кивнул.

Вэньян не сомневался, когда все немного рассосется, Проповедника зарежут по-тихому, так сказать, во избежание.

«Ты там предлагал культурный отдых? Саламандра, или как там ее?»

ЮВЭЙ

Память. Некоторые из философов утверждают — единственное, что отличает нас от животных. Некоторые приплетают сюда еще чувства, умение образно мыслить, речь, мораль. Лично я думаю, память — это то что формирует нашу личность. В памяти мы храним свое прошлое, то, что сделало нас таким, свои равно хорошие, так и дурные поступки, обращаясь к ней, принимаем судьбоносные решения, или находим сообразные моменту слова и советы. Опыт не что иное, как память, отбери ее — и где он этот опыт, все эти заботливо накопленные за жизнь навыки инстинкты и умения. Память есть любовь, отбери ее, и бывший возлюбленный превратится в симпатичного незнакомца.

Если так рассуждать — память благо.

В большинстве случаев. В большинстве, но не во всех.

Пар многочисленных увлажнителей заполнял помещение, так что, переступив порог, я закашлялся. Вопреки опасениям, в нем ничего не было — просто вода с небольшой примесью антисептика.

— Моя кожа, она пересыхает, — пояснил голос из темноты.

Офис, расположенный на двадцатом этаже бизнес-центра Джанракты, его хозяин изнутри превратил в… пещеру. Самую настоящую, или во всяком случае такую, как представляет себе пещеры большинство. Каменные стены с разводами и потеками, капающие сталактиты, неровный пол, усыпанный щебенкой, даже не верилось, что в двух шагах позади, за дверью — светлый коридор и пластиковые панели.

В глубине, за огромным столом, стилизованном под мореный дуб, восседал он. Я посетил множество гадателей, прорицателей и прочих медиумов, прежде чем попасть сюда. Вопреки ожиданиям, многие из них не были шарлатанами. Один довольно точно описал мое прошлое, второй рассказал, что меня мучает в настоящем, третья предложила рассказать будущее, но я отказался. Мне было нужно не это.

Это был заказ на одного из политических деятелей Бенсалема — занюханного островного государства в южном море.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.