Интриги и котики кардинала Ришелье стр. 61
Анне Карениной, бегущей по рельсам. В роли тяжёлого товарняка выступил монастырь урсулинок, начинённый не по годам прогрессивными монахинями (многие были из знатных семей). Для монахинь и их настоятельницы Грандье был ну прямо суперстар, потому его сперва пригласили дать гастроли и показать себя (выполнено). А потом поступило заманчивое предложение от настоятельницы – взять монастырь под опеку и немножко его поокормлять, особенно её лично.
Настоятельнице было за сорок, она была после оспы и больна туберкулёзом. Грандье закономерно поперхнулся и заметил, что это самое, окормлять он её ну никак не может, у него, это, кадило не зажигается. Настоятельница затаила злобу и поставила птичку напротив «Замстить Грандье» (таких птичек стояло уже много у кого…).
Вскоре после этого молодые монахини решили немного пошутить над старыми и принялись перекидывать через стенки букеты цветов, бегать в простынях по двору, как привидения, дикие, но симпатичные, и всячески чупакабрить. Настоятельница сказала: «Йес!» – и отписала кому надо, что у них тут беснование, а виноват Грандье, точно-точно, вот он приезжал и всех заразил бесовской инфлюэнсой.
Сначала дело шло без запала: приехали-опросили-получили показания, что да, нам тут местное луденское суперстар во снах является и к сладострастью склоняет; развели монахинь по частным домам – вроде, не беснуются; Урбен не колется, шить особо нечего… Но тут настоятельница двинула ход конём и начала бесноваться сама, индуцировала остальных монахинь, дело попало в верха, и всё стало веселее…
«О, это ж тот самый Грандье», – сказал отец Жозеф и доложил кардиналу.
«А-а-а-а, тот самый Грандье!» – сказал кардинал и доложил королю.
«Не знаю, какой там Грандье, но я хочу крутую историю об экзорцизме!» – заявил суеверный Луи, и тут-то попёрло.
Была создана аж целая комиссия, которую возглавил Жан Лобардемон (фамилия немножко говорящая). Лобардемон в ящике с инструментами кардинала был примерно эквивалентен тупой кувалде, потому доставался из ящика по особым праздникам. Лобардемон обладал напористостью бабульки в очереди в поликлинике и фантазией прапора. Возможно, Лобардемоном писатель Волков вдохновлялся, когда породил образ дуболома.
В общем, обновлённая команда-мечта прибыла в Лудон и сходу начала экзорцировать настоятельницу монастыря урсулинок. Тут с настоятельницей сделался припадок-корчи-слюни, она покатилась по полу и принялась выдавать присутствующим такое развёрнутое мнение об их и всей их родне, что даже военные начали записывать. Окружающая же публика (а действо происходило немножко прилюдно) и вовсе пребывала в эйфории: они такого даже в цирке не видали!
Два часа взмыленные экзорцисты изгоняли из настоятельницы бесов так и этак под бодрые настоятельские матюки и комментарии из толпы: «Огласите весь список, пожалуйста!» – «Куда свернуть? И со свиньёй?!» – «Что-что я делал с кардиналом?» После этого экзорцисты остановились, выдохнули и задумались, что бес-то упорный попался, наружу не лезет, на хавчик не выманивается, нужны креативные решения.
Тут их внезапно осенила идея, что раз уж пероральное и наружное применение святой воды не производит на злющего демона впечатления, то, возможно, применение нетипичное, так сказать, с чёрного хода…
Да, все всё верно поняли. Да, клизма. Да, со святой водой. Нет, тайна покрытая мраком – ЧЕМ вдохновлялись при этом господа экзорцисты. Потому что даже в Голливуде пока ещё не взяли такие уровни экспериментальности и новизны.
Однако же креатив был