Искала я милого моего стр. 63
ничего ей не грозит. И жизнь её действительно осталась в безопасности, а вот сердце дрогнуло. Они беседовали в кабинете, Эмилия и немолодой сильный мужчина, тщательно скрывающий страх. Он только недавно понял, что в его незыблемом бизнесе зреет катастрофа: таможня, евшая с руки, начала находить контрабанду, да так шумно, что договориться не оставалось никакой возможности; надёжные партнёры, хранимые как зеница ока, внезапно умирали после дружеского ужина с ним; а в спальне его младшего сына обнаружилась змея – как оказалось, безопасный ужик, но этой породы в окрестностях Мелави не водилось. Нехитрый ребус разгадал бы любой, и он не удивился, когда госпожа Змейка предупредила о визите – в своей манере, запиской, которая ждала его на столе в запертом кабинете. «Буду через пятнадцать минут», – прочитал он и решил, что жизни ему осталось примерно час, если очень не повезёт и придётся помучиться перед смертью. Хотя зачем договариваться с покойником? Может, и обойдётся.
И действительно, обошлось. Эмилия пожелала сохранить его как наёмного работника, но условия предложила настолько жёсткие, что он бы подумал отказаться – кабы не пятилетняя темнокожая девочка на пороге, дочь от последней любимой подруги, кудрявая и глазастая. Она пинком распахнула дверь и вошла, двумя руками прижимая к груди корзинку, а за ней с воплем примчалась тощая инглийская кошка с оттянутыми сосками.
– Пааап, пусть они у тебя побудут! У меня уборка там, Дорина плачет! Ой, здрасьте, тётенька, а у меня малышата! – Она ничуть не смутилась и сунула на колени Эмилии корзину, из которой тут же поползли недовольные взъерошенные котята.
Трое характерного для инглитов лилового окраса и один полосатый – то ли Дорина кроме вязки с породистым самцом умудрилась ухватить любви на стороне, то ли вылезли плебейские корни. Благородная троица брезгливо спрыгнула с колен Эмилии и рассредоточилась, а полосатый ублюдок, напротив, вскарабкался по её груди, неожиданно обхватил лапами за шею и заурчал. Бывший король южного порта с изумлением увидел, как на лице госпожи Змейки промелькнуло смущение. Помнится, эти объятия стоили ей солидной уступки, но в итоге она не пожалела и, кроме порта и весьма дорогого управляющего, приобрела полосатого ублюдка, любовь всей жизни, Гамлета.
Эмилия хотела остаться главной женщиной в жизни кота и потому заботливо его кастрировала и не выпускала за пределы усадьбы. Но в остальном он оставался хозяином дома, и все, включая Эльфриду и мужчин Эмилии, знали, кого она предпочтёт, если придётся выбирать между ними и котом. Он один давал ей полную уверенность в своей любви, даже душечка Орен не был так убедителен. Гамлет начинал мурлыкать, едва видел её, и в круглых зелёных глазах она читала только преданность и восхищение. Кристалл-накопитель на её груди всегда теплел, когда кот был рядом, и она не сомневалась, что его подпитывает любовь их обоих. Гамлет засыпал на её подушке, и каждую ночь на протяжении двух десятилетий она погружалась в сон под мерное тарахтение, слушая звук его сердца и урчание толстого живота. Вряд ли кому-то удалось бы стать ближе, чем тот, кто спал на её волосах и дышал с нею в одном ритме. И потому, если одежда гостя, неосторожно оставленная без присмотра, оказывалась изгажена, претензии не то что не принимались, а даже