Испытание молчанием стр. 151
К несчастью, двигаться Винни не может, даже если бы захотела. Ее мышцы все еще парализованы после прикосновения к маске, а мозг качается и кренится, точно корабль в штормящем море. Но это море сделано из тумана, а чудовища в его пучине – не кто иные, как вампы.
«Чушь какая, – говорит сама себе Винни. – Что за бредовые фантазии?» Ей надо собраться. Надо обуздать свои мысли, а затем и тело. Ручеек, окружающий остров, не удержит кошмаров, если они образуются по эту сторону потока. А огонь от фениксова пера скоро полностью потушит туман…
Винни думает, что снова слышит рычание. И оно не волчье: это давящийся кашель. Словно сюда добрался подменыш. Словно и его раны исцелил туман.
Винни нельзя здесь оставаться.
Ей никак нельзя здесь оставаться.
Не успевает она так подумать, как справа от нее начинает мигать свет. Затем через полсекунды слева вспыхивает второй огонек, яркий, словно метеор. А спустя один удар сердца возникает третий, затем пробуждается к жизни четвертый – в считаных дюймах от лица Винни.
«Блуждающие огоньки: похожие на колибри, но крупнее, эти кошмары целиком покрыты серебристыми язычками пламени вместо перьев. Когда это пламя потухает, от блуждающего огонька остается лишь пустой скелет».Огонек снова вспыхивает у Винни перед глазами, вынуждая ее вздрогнуть и отпрянуть к красному кедру. У нее возникает чувство, будто существо ругает ее. Что оно молвит: «Вставай, глупый человек, пока мы не надумали тебя съесть».
– Ага, – стонет она в ответ, и туман проскальзывает ей в горло – такой горячий, почему он вечно такой горячий? Потом, с еще одним стоном, Винни пытается встать на ноги, впиваясь пальцами в кору дерева. Она выталкивает, вытягивает себя, хватая ртом туманистый воздух, пока наконец не оказывается на ногах, а ее мышцы, несмотря на слабость, снова ей подчиняются.
Винни осматривается: вокруг сплошной туман. Он уже отступает – медленно, нехотя. Непостижимый туман из непостижимого красного сосуда. Скоро он полностью рассосется.
Пожара тоже больше нет: остался лишь сырой пепел да две бесформенные кучки на земле – единственное напоминание о дианах-псах.
И это все, что видит Винни. Больше ничего. Ни подменыша, жаждущего ею полакомиться, ни ведьмы, норовящей ее заколдовать, ни вервольфа, воскресшего и готового вновь сражаться. Ни тети Рейчел. Ее тело просто исчезло, словно ее поглотил туман. Словно ее забрал себе лес… Или какой-то лесной кошмар.
И в эту самую секунду до Винни доходит, что Рейчел действительно забрал кошмар. Так же, как и саму Винни две недели назад. И Винни вдруг замечает, что смеется. Хриплым, диким смехом, который уносится в небо. Потому что она могла бы поставить все деньги из своей старой свиньи-копилки на то, что знает, где сейчас Рейчел и кто ее туда отнес.
Рейчел сейчас в том месте под водопадом, где поет мелюзина, исцеляя любого, кто окажется поблизости. Или, по крайней мере, мелюзина, которая исцеляет тех, за кого просит ее собрат вервольф. А утром Рейчел проснется в больнице, со следами клыков на руке и той самой искрой в крови.
В двадцати футах от Винни струится и мерцает свет,